Глядя на то, как сегодня подрывается стабильность целого ряда стран, нельзя не задуматься о причинах и условиях всех этих событий. Практически везде, где они происходят, непосредственной движущей силой являются либо радикальный национализм, либо радикальный исламизм. Оба этих явления порождают сотни тысяч своих адептов. В том числе и в сегодняшнем Казахстане.
Когда черное становится белым и наоборот
В глазах многих казахстанцев в последнее время ясно читается вопрос: откуда же берутся радикальные исламисты? Ведь еще недавно их не было. А теперь с каждым годом людей с характерной отталкивающей внешностью становится все больше и больше. Причем с их появлением в стране стали происходить события, которых ранее отродясь не было. И благодаря которым Казахстан потерял имидж островка мира и безопасности.
Вопрос на самом деле интересный. Более того, даже насущный. И актуальность его проявилась не вчера. Она нарастала с самого начала так называемой независимости. С тех самых пор, когда все пятнадцать бывших братских республик принялись срочно самоидентифицироваться. Вначале национально, а затем уже религиозно.
Казахстан тут ни от кого не отстал. И, как все остальные, встал перед выбором — мудрость или идентификация. И так же, как и многие остальные, выбрали второе. При этом не спрашивая ничьего мнения. А тем, кто не согласен, говорили: чемодан, вокзал и кому куда.
Почти во всех новоиспеченных так называемых независимых странах после декабря 1991 года национальная идентичность, как по команде, вышла на первое место. А кое-где даже переросла в нацизм и фашизм, преподносимый в качестве национально-освободительных движений. Казахстан в этом плане пока не сильно «преуспел». Но различные воинственные фобии, в частности, русофобия, в республике нагнетаются так, что порой страшно становится. Тем более, что наглядный пример в виде Украины перед глазами.
Порой доходит даже до попыток превозношения нацистских лидеров времен Второй мировой. А трусливых предателей, с ними сотрудничавших, в соответствии с заданным трендом уже называют не изменниками родины, а борцами с большевизмом. Это, к примеру, казахстанский аналог украинского Бандеры Мустафа Шокай. Во многих города уже давно есть улицы его имени. А в Кызыл-Орде даже установлен его памятник.
Кто придумал терроризм?
Однако гораздо более страшна идеология ИГИЛ (запрещено в России), которая распространяется с невероятной скоростью и силой, засасывая в свои ряды все больше и больше адептов, готовых и жаждущих взорвать к чертям весь мир, а тем, кто выживет, отрезать головы.
Откуда же взялось это явление? И как оно проникло в Казахстан? Для того, чтобы найти ответы на данные вопросы, пришлось перелопатить огромное количество аналитических статей самых разных авторов, представляющих самые разные страны. Летопись радикального исламизма по историческим меркам является микроскопической. А потому отследить ее начало большого труда не составило.
Читатели со стажем наверняка помнят, что до 1979 года, пока Советский Союз не ввел свои войска в Афганистан, о таких понятиях, как «радикальный исламизм» или «исламский терроризм», никто не слышал. В то время террористическими организациями считались «Ирландская республиканская армия», «Баскская сепаратистская группировка ЭТА», «Революционные вооруженные силы Колумбии ФАРК». Говоря о терроризме, мировые СМИ часто упоминали такие организации, как «Тигры освобождения Тамил-Илама» в Шри-Ланке или «Красные кхмеры» в Кампучии (ныне Камбоджа).
А потом началась афганская военная кампания, в ходе которой появилось исламское движение «Талибан» (запрещено в России). Затем — «Аль- Каида» (запрещена в России). А после нее как грибы после дождя полезли наружу одна за другой радикально- исламистские организации больших и малых размеров, такие как «Хизб-ут-Тахрир» (запрещено в России), «Исламское движение Узбекистана» (ИДУ, запрещено в России), «Восточный Туркестан» (запрещено в России) и другие.
Разумеется, все это не просто так, на ровном месте. Для таких организаций необходимы места базирования, обмундирование, провиант, транспортные средства и запчасти к ним, и самое главное — большое количество оружия и боеприпасов. А еще кадры. Военные кадры, способные разрабатывать и проводить военные операции, обучать боевиков премудростям военного дела.
Все это с неба не падает. Покупается за немалые деньги. А коли так, то при желании можно было бы легко отследить все финансовые потоки и попросту перекрыть их. Но почему-то те, кто контролирует мировую финансовую систему, этого не делают. Все очень просто. Запад, который все это породил, не станет перекрывать каналы финансирования своих собственных террористов.
Для создания террористической группировки обычных людей недостаточно. Нужны специально подготовленные, обученные фанатики, способные к насилию ради вложенных им в голову идей. Установить, откуда берутся подобные личности, при желании тоже не составляет труда. По оценкам экспертов, за последние три десятилетия Саудовская Аравия потратила свыше ста миллиардов долларов на строительство ваххабитских школ и мечетей по всему миру. Именно в таких учреждениях и происходят предварительный отбор наиболее подверженных влиянию людей, их вербовка.
Затем, когда англосаксам требуется присутствие радикальных сил в том или ином регионе мира, им достаточно лишь обеспечить заранее подготовленный «личный состав» всем необходимым для ведения боевых действий.
В этой связи и европейцам стоило бы задуматься о своей судьбе, поскольку Саудовская Аравия проспонсировала строительство множества объектов в Европе, в том числе и большого количества мечетей.
Если вспомнить тесные союзнические отношения Вашингтона и Эр-Рияда, то это не выглядит необоснованным. Использовать вместо своей армии группировки террористов для решения своих геополитических задач намного выгоднее. Во-первых, это дешевле (террористы сами себя окупают, покупая у своих создателей оружие, технику и все прочее). А во-вторых, кукловоды остаются в стороне и вроде как ни при чем. А чтобы развеивать появляющиеся время от времени подозрения, достаточно проводить декоративные бомбардировки боевиков.
Ставка на фанатизм
Корень всех этих военно-политических хитросплетений и многоходовок уже виден на поверхности. Все это не что иное, как опосредованная борьба между двумя полюсами планеты. На одном из них те, что жаждут мировой гегемонии, готовые ради своей цели уничтожить половину, а то и больше населения земли. На другом — сторонники многополярного мира, не желающие того, что хотят первые. И те, и другие отстаивают свои интересы. Причем с каждым годом все решительнее. А другие либо уже оказались (Украина), либо рискуют оказаться пешками в большой геополитической игре.
В частности, Казахстан, до которого стало ощутимо доходить эхо глобального противостояния. Геостратегическое положение республики в контексте этой борьбы выглядит весьма привлекательным.
Не просто так и не на пустом месте в республике стали появляться приверженцы радикальных исламистских течений, готовые в любой момент встать под ружье во имя псевдоисламских ценностей. Этот процесс начинался осторожно, проводился постепенно шаг за шагом, чтобы не вызвать отторжения. На заре независимости молодые казахстанцы отправлялись на учебу в религиозные учебные заведения в страны Ближнего Востока и Северной Африки, в Турцию и Пакистан. А затем, возвращаясь на родину, распространяли идеи радикального исламизма среди на родине.
Кто оплачивал их «обучение»? Явно не казахстанское правительство. Характерно, что привезенные идеи нашли в республике благодатную почву. Проповеди, как теперь уже выяснилось, псевдоимамов возымели свое деструктивное действие. Появились неформальные лидеры, одна из характеристик которых — критически высокий уровень псевдорелигиозности. Риски безопасности, связанные с усилением радикализации населения, стали проявляться в росте числа радикально настроенных верующих именно из молодежной среды. Эта категория людей практически открыто выступает за изменение конституционного строя, уход от светской жизни в сторону законов шариата со всеми вытекающими из этого последствиями.
Интересно, что наиболее проблемным регионом в этом плане оказался нефтеносный запад страны. Именно там особенно распространен религиозный рекрутинг. Факторы, способствующие росту этнорелигиозной идентификации молодежи, самые разнообразные. Это и безработица, и маргинализация сельских трудовых мигрантов в городах, и низкий уровень образования, подверженность религиозной пропаганде, избыточность деструктивной информации в социальных сетях, бесконтрольность пользования интернетом подростками.
Главный урок всего этого в том, что общественность стала придавать большое значение возможному наличию в стране «спящих» террористических ячеек, готовых проснуться по сигналу в любой момент. Только это лишь следствие. А вот причина, и ее, к сожалению, видят не все, кроется в грязном деле, называемом геополитикой, с точки зрения которой тут все просто: для завоевания выгодных для себя позиций нужны те, руками которых это можно сделать. А затем их просто утилизировать.
