В 2024 году международная образовательная программа «Болашак» оказалась в центре громкого скандала, связанного с задолженностями студентов. Особенно резонировала история выпускницы Валерии Гавриленко, которая не только отказалась вернуться в Казахстан в 2019 году после окончания учёбы за границей, но и незаконно вывела свои квартиры из-под залога. Поначалу Центру международных программ (ЦМП) не удалось взыскать с неё долг. Лишь в 2024 году «Болашак» выставил её задолженность в почти 30 млн тенге гарантам. Недавно стороны достигли медиативного соглашения, и Гавриленко согласилась погасить свой долг.
Добавим, за 2023–2024 годы офис «Болашака» успешно вернул около 4 млрд тенге задолженности, накопившейся у участников международной программы.
Как работают над возвратом средств и что стоит за решением студентов не возвращаться на родину? Об этом в интервью Informburo.kz рассказала председатель правления программы Алия Оспанова. Она сообщила об изменениях, произошедших за последний год, и о новых инициативах, направленных на улучшение условий для стипендиатов.
– Алия, стипендии «Болашак» уже 30 лет. Существуют ли аналоги этой программе в других странах? С какими целями создавали те программы и казахстанскую?
– Действительно, подобных программ существует немало, потому что каждая страна нуждается в подготовке кадров по новым направлениям. Например, страны с высоким ВВП – Китай, Сингапур, США, Великобритания, Швейцария – регулярно отправляют своих граждан на обучение за рубеж, несмотря на высокий экономический потенциал государств. Таким образом государства инвестируют в академическую подготовку и научный обмен.
И Казахстан не является исключением. Для того чтобы успешно отвечать на вызовы в сфере современной науки, развивать отечественное высшее образование, необходимы соответствующая инфраструктура и знания. Именно для этого создана программа «Болашак». Она позволяет казахстанцам получать знания и навыки в ведущих образовательных учреждениях мира. Это особенно важно для тех сфер, в которых наши университеты пока не могут обеспечить полноценное обучение. Выпускники программы возвращаются в Казахстан готовыми специалистами, способными решать актуальные задачи, стоящие перед страной.
Программе «Болашак» в ноябре исполнится 31 год. Это один из успешных проектов Казахстана, который предоставляет нашим гражданам уникальные возможности для обучения за границей. За прошедшие три десятилетия «Болашак» подготовил около 13 тысяч специалистов, которым выпал шанс обучаться в ведущих университетах мира, включая Лигу плюща (Ассоциация восьми частных американских университетов с высоким качеством образования; название происходит от побегов плюща, обвивающих старые здания вузов. – Ред.) и престижные вузы Азии (National University of Singapore, Tokyo National University, Seoul National University).
– В каких сферах Казахстан больше всего нуждается в специалистах?
– При формировании списка приоритетных профессий мы ориентируемся на потребности страны. В настоящее время основной акцент делается на подготовке инженерно-технических и медицинских кадров – около 60% всех стипендий «Болашак» распределяются на эти направления. Такие специалисты играют ключевую роль в экономическом росте Казахстана. Тем не менее мы не забываем и о социальных профессиях – для них также выделяется определённое количество стипендий.
Программа «Болашак» регулярно обновляет перечень приоритетных специальностей, в настоящее время в него входит свыше 100 направлений. Этот список мы формируем совместно с центральными государственными органами, которые отвечают за подготовку кадров в различных областях. Раз в год мы отправляем запросы в госорганы, чтобы выяснить, какие профессии будут наиболее востребованы.
Например, в этом году мы добавили специальности, связанные с водными ресурсами и энергетикой, так как эти направления особенно важны для страны. В список также включили креативные профессии и специальности, связанные с искусственным интеллектом.
– Что изменилось в программе «Болашак» за последний год?
– Любая государственная программа должна адаптироваться под новые реалии. Экономические, инфраструктурные и индустриальные программы регулярно корректируются, и «Болашак» тоже. В этом году мы инициировали создание новой стратегии для программы.
Мы изменяем стратегию, начиная с конкурсных процедур. Раньше в каждом из трёх туров участвовало по 500 человек, но теперь мы вводим новый подход с постепенным отбором. Первый тур станет тестовым – претенденты будут сдавать экзамены по разным направлениям. Во второй тур пройдут только те, кто наберёт достаточное количество баллов, то есть количество участников будет уменьшаться на каждом этапе.
Мы привлекаем к экспертизе выпускников «Болашака», которые лучше других понимают, какие требования предъявлять к стипендиатам, и могут провести качественное собеседование. Перед выходом в третий тур пройдёт ранжирование кандидатов с учётом баллов, полученных на каждом этапе, а также рейтинга выбранного университета. Это, на наш взгляд, значительно повысит качество отбора и мотивацию.
Второе значимое изменение связано с притоком претендентов и возросшей конкуренцией. Мы считаем, что конкурс на одно место должен быть высоким, так как программа действительно престижная. Однако в последние пять лет конкурс стал снижаться – на одно место приходилось всего два человека. С этого года мы ввели цифровой приём и разработали медиастратегию, которая охватила даже самые отдалённые сёла. Цифровая экосистема позволила привлечь больше кандидатов, особенно из регионов. Уже в первом потоке этого года на 100 с лишним мест мы получили 2800 заявок. Это отличные показатели, и мы рады, что программа стала доступнее.
Также мы полностью обновили наш сайт, создали интуитивно понятный интерфейс и личные кабинеты для пользователей. Все процессы, включая подписание договоров, оцифрованы. Конечно, это экономит время и средства наших стипендиатов, которые раньше должны были несколько раз приезжать из регионов для оформления документов.
– Не все болашаковцы возвращаются в Казахстан. Как часто такие случаи происходят в последние годы? По каким причинам они чаще всего решают не возвращаться на родину и не выполнять свои обязательства?
– Важно подчеркнуть, что из 235 выпускников, лишённых стипендии за 30 лет, это не только те, кто остался за границей. Чаще всего это люди, которые не смогли завершить обучение в зарубежных вузах. Многие казахстанские студенты, поступив в такие престижные университеты, как MIT, Стэнфорд или Оксфорд, не могут справиться с программой, их отчисляют. В результате они не получают диплом, а это нарушение главной цели программы – подготовка квалифицированных специалистов.
Когда стипендиат не привозит диплом, мы связываемся с университетом, и если подтверждается факт отчисления по академической неуспеваемости, то начинаем процесс возмещения средств. Это может стать серьёзным стрессом для студентов, особенно если они заложили свою недвижимость в качестве обеспечения, ведь они обязаны вернуть государственные средства. Тем не менее системная работа в этом направлении принесла свои результаты: только за последний год нам удалось вернуть в бюджет около 4 млрд тенге.
Стипендиаты, которые остаются жить за границей, делятся на две категории. Первая категория – это те, кто не смог успешно завершить обучение из-за академической неуспеваемости, они устраиваются на работу и возвращают потраченные на их обучение деньги. Вторая категория – это выпускники, которые отучились, вернулись в Казахстан, отработали установленный срок и через 5, 7 или 10 лет уехали за границу.
Обмен опытом и работа в международных компаниях – это положительная тенденция. Например, американские граждане, прошедшие обучение в США, Китае, Сингапуре, также отрабатывают в своей стране, а затем уезжают за границу, чтобы получить новый опыт. У нас тоже есть такие стипендиаты, которые после возвращения из-за границы, отработав 5 лет, уехали работать в тот же Google, а затем вернулись в Казахстан, чтобы развивать IT-сообщество, используя полученные знания и навыки. Это показывает, что на наших стипендиатов есть высокий спрос и их возвращение в страну способствует её развитию.
– Какая работа ведётся с должниками по возврату бюджетных средств сейчас, в том числе по делу Валерии Гавриленко?
– Основным показателем успешной работы стала значительная сумма государственных средств, которую мы смогли вернуть в бюджет. Ранее большие сложности возникали из-за отсутствия цифровой системы. Это затрудняло мониторинг и выявление местонахождения стипендиатов.
Кроме того, нам удалось внедрить определённые бизнес-процессы для эффективного возврата средств. Мы также наладили сотрудничество с палатой судебных исполнителей.
Одним из известных случаев, несомненно, стало дело Гавриленко, которое мы выявили в процессе цифровизации. Мы обнаружили, что существует значительная сумма с нарушениями, и начали судебный процесс. Этот случай привлёк внимание СМИ, мы максимально прозрачно комментировали каждый этап судебного разбирательства. В результате мы достигли медиативного соглашения, по которому стипендиат полностью возвращает средства, а гаранты освобождены от ответственности.
Необходимо контролировать расходование государственных средств, чтобы успешно реализовывать процесс их возврата в случае необходимости. Для этого важно правильно настроить все процессы и, конечно, оцифровать их, потому что в современном мире без цифровых технологий очень сложно. Мы уже выявили и отработали много кейсов и продолжаем получать обещания о возврате средств, однако точное количество таких случаев назвать не могу.
– Какие меры, на ваш взгляд, нужно ужесточить, чтобы избежать случаев, когда студенты не возвращаются и пытаются уклониться от выполнения финансовых обязательств?
– Что касается 235 человек, то, повторюсь, большинство из них не смогли завершить академическое обучение. Например, некоторые не справились с учёбой в таком престижном вузе, как MIT. Я считаю, что предугадать такие случаи невозможно. Это человеческий фактор, который всегда существовал и будет существовать. Наша задача как Центра международных программ – разработать механизм управления в случае, если стипендиат не сможет закончить учёбу.
– Может, всё-таки есть поддержка стипендиатов в случае психологических или академических трудностей с учёбой за границей?
– В Центре международных программ работает отдел мониторинга, где трудятся около 40 человек. Они отвечают за регулярное взаимодействие со стипендиатами, однако это не профессиональные психологи. Сотрудники помогают студентам с операционными вопросами, например если у них возникают трудности с адаптацией за границей или поиском друзей.
Что касается академической успеваемости, то мы не можем на неё повлиять. Если стипендиат поступает в топовый университет и не справляется с учебной программой, например не сдаёт экзамен, то мы можем лишь поддержать его морально и при необходимости обратиться в университет с просьбой о возможности пересдачи. Однако ответственность за учебные результаты лежит на самом студенте, который принял решение учиться за границей.
– Программу «Болашак» в прошлом году подвергали критике депутаты, назвав её инструментом «эмиграции и учебного туризма». Как центр реагирует на подобные заявления? Расскажите подробнее о механизме мониторинга.
– Мы позитивно воспринимаем конструктивную критику и всегда открыты к диалогу. Регулярно отвечаем на запросы СМИ и журналистов. Когда критикуют какой-либо механизм работы, это становится для нас точкой роста. Например, в связи с критикой депутата Лукина в прошлом году наше стратегическое видение программы претерпело значительные изменения, о которых я упоминала ранее. Важно своевременно анализировать, какие механизмы требуют усиления, а какие – изменений.
К примеру, на протяжении определённого времени наш центр выполнял исключительно операционную функцию подобно центрам обслуживания населения. Стипендиат, поступая, например, в Оксфордский университет, получает инвойс (счёт на оплату), который оплачивает Центр международных программ. Однако раньше ЦМП не работал с Оксфордом как с вузом, не взаимодействовал с руководством университета, не обсуждал стратегическое развитие или статус наших стипендиатов. Основная задача заключалась лишь в оплате инвойса.
С начала этого года мы изменили подход и заключили прямые соглашения с 50 университетами по всему миру. Эти соглашения предполагают, что университеты берут на себя обязательства перед ЦМП и проводят с нами конференц-звонки дважды в год. На этих встречах мы обсуждаем статус наших стипендиатов, их пребывание в вузе, тематику научных исследований.
Другим важным моментом стали скидки на обучение. Ранее ЦМП, работая как партнёр, просто оплачивал инвойсы за обучение наших стипендиатов. С начала этого года университеты стали предоставлять по прямым соглашениям скидки центру от 10 до 30%, что позволило сэкономить около 250 млн тенге только в этом году.
Такой подход значительно повысил транспарентность нашего центра. Раньше мы работали через различные агентства, а теперь взаимодействуем напрямую с вузами. Это улучшает процесс и помогает экономить средства государственного бюджета.
– Согласовывается ли тематика научных исследований центром и университетами?
– Тематика исследований стипендиатов – это очень важный аспект, так как центр не контролировал и не направлял стипендиатов в выборе научных тем. Если спросить, какие темы выбирали раньше 12 тысяч выпускников, мы не сможем предоставить эту информацию, поскольку не собирали такие данные.
С этого года мы начали систематически собирать информацию о темах дипломных работ стипендиатов, создали цифровой банк данных. Это поможет понять, кто из стипендиатов является специалистом в той или иной области.
Кроме того, существуют определённые направления исследований, которые сейчас актуальны для нашей страны. Несмотря на это, стипендиаты могут выезжать за границу и выбирать темы, которые не всегда соответствуют потребностям Казахстана. Важно помнить, что государство инвестирует средства в обучение этих студентов и они могут стать мощным аналитическим ресурсом.
Стипендиаты, обучаясь за границей, могут проводить высококачественный анализ, за который центральные государственные органы обычно платят консультационным компаниям значительные суммы. Мы можем предложить нашим стипендиатам выполнять эти исследования для государства. Таким образом, в рамках новой стратегии мы планируем установить взаимосвязь между реальным сектором экономики и стипендиатами.
– Выпускники давно поднимают вопрос о сроках обязательной отработки после окончания обучения. Например, учёба в магистратуре в Великобритании длится один год, в США – два года. Соответственно, студентам в США выплачивается стипендия больше. Однако возникает вопрос: насколько справедливо, что студент, который учился всего год, должен отрабатывать столько же лет, сколько студент, проучившийся два года? В крупных городах, например, срок обязательной отработки составляет 5 лет. Как вы оцениваете эту ситуацию?
– Это справедливый вопрос, особенно учитывая, что аналогичные сомнения высказывают стипендиаты, обучающиеся на уровнях PhD, которые обучаются 3–4 года. Другие же студенты могут пройти программу за один год. Однако обе категории стипендиатов обязаны отработать 5 лет.
Мы рассматривали различные сценарии диверсификации отработки и предлагали разные варианты. Однако наша программа регулируется республиканской комиссией по подготовке кадров за рубежом, в состав которой входят центральные государственные органы. Мы обсуждали с ними эти вопросы, но на данный момент единого решения не существует.
Мы всегда открыты к предложениям, поскольку отработка имеет важное значение для улучшения экономической ситуации в стране за счёт интеллектуальных навыков, которые стипендиаты привозят из-за границы. Вопросы, связанные с периодами и условиями отработки, обсуждаются. В ближайшее время на портале «Открытые НПА» будет размещён новый проект, где можно будет ознакомиться с видением программы и внести свои предложения.
– Выпускники также утверждают, что после завершения обучения за рубежом им не всегда оказывают достаточную поддержку для развития по своей специальности и построения карьеры. Многие говорят об отсутствии связи между выпускниками и программой «Болашак», недостатке помощи в трудоустройстве. Как вы считаете, есть ли проблемы в менеджменте центра? Нужно ли пересматривать принципы работы в этом направлении?
– Основная проблема заключалась в отсутствии цифровых инструментов в нашем центре. С 2017 года у нас не было цифровой системы, и управление по работе с выпускниками, в котором работает около 10 человек, было настроено на проверку и выявление фактов нарушений среди стипендиатов, которые уже закончили обучение и вернулись в страну.
Но эта работа полностью изменилась благодаря внедрению цифровой экосистемы. Цифровизация позволяет выявлять нарушения на ходу и отслеживать местонахождение выпускников, что значительно облегчило работу нашего департамента. Это также дало возможность уделять больше внимания трудоустройству выпускников. Мы подписали около 400 соглашений с работодателями, создали активные группы в Facebook и LinkedIn, чтобы наши стипендиаты могли получать актуальную информацию о вакансиях. Мы используем MailChimp для массовой рассылки вакансий всем стипендиатам, активно сотрудничаем с нашими посольствами.
Так, недавно глава государства встретился с руководителями компании WABTEC, которые строят локомотивный завод в Казахстане. Мы совместно с посольством США проработали вопрос трудоустройства наших выпускников на этом заводе ещё до его открытия. Я считаю, что именно так должны работать коллаборации и кооперации.
Я горжусь тем, что в настоящее время 100% наших выпускников вернулись в Казахстан. Более того, свыше 98% из них уже трудоустроены. Оставшиеся полтора процента не работают по семейным обстоятельствам, из-за декрета или болезней. Мы тщательно контролируем этот процесс.
Мы планируем создать эндаумент-фонд на базе Центра международных программ, который будет курировать всех выпускников программы, включая не только «Болашак», но и 500 учёных, которые также получают стипендии, например, по программе Stipendium Hungaricum, и китайских стипендиатов. Пока у нас отсутствует идеологический инструмент для объединения всех выпускников, но мы работаем над его созданием в рамках нашего центра.
– Как выпускники, вернувшиеся в Казахстан, находят работу? С какими структурами или консультантами они могут связываться для поддержки?
– Прежде всего выпускники могут обратиться за помощью в наш департамент по работе с выпускниками. Мы активно помогаем каждому из них найти работу, направляя письма работодателям. Наша работа включает сбор информации о потребностях в кадрах в центральных госорганах, с которыми мы взаимодействуем, а также в HR-департаментах различных компаний. Мы выясняем, какие специалисты им нужны, и затем передаём эту информацию стипендиатам.
Кроме того, мы сотрудничаем с крупными корпорациями (АО НК «КазМунайГаз»), где благодаря нашим стипендиатам уровень импортозамещения зарубежных кадров составил более 50%. Мы также работаем с крупными строительными компаниями (BI Group), другими работодателями.
Для эффективного трудоустройства критически важно заранее оценивать потребности рынка труда и взаимодействовать с ключевыми игроками. Мы сотрудничаем с Министерством труда, корпоративными представителями АО «Самрук-Қазына», Национальной палатой предпринимателей «Атамекен». Эти организации помогают нам понять, какие специальности наиболее востребованы. Регулярно получаем запросы от «Казпочты» и медиаагентств о необходимых профессиях, которые затем включаем в общий перечень. Наша цель – подготовить кадры по актуальным для страны направлениям.
-
Какие страны и специальности популярны среди казахстанцев при получении высшего образования
-
Учёба за границей: казахстанцы рассказали, с какими трудностями им приходилось сталкиваться
