Понятно, что далеко не каждый человек, получивший власть, добивался этого исключительно ради собственной выгоды и в угоду личным амбициям. Есть еще, к счастью, правители, которые во главу угла ставят нечто иное, а именно – служение родине и народу. Но где-то в глубине души любой государственный деятель высокого ранга и полета наверняка тайно мечтает, чтобы его именем было названо какое-нибудь из наиболее грандиозных его достижений.
Аскар Акаев, помнится, очень гордился тем, что Кыргызстан однажды назвали "островком демократии". Ну прямо так гордился, что упоминал это определение к месту и не к месту. И даже когда для всей страны было очевидно, что "островок демократии" призван обеспечить безбедное существование только отдельно взятому семейству. И даже когда этот островок начал стремительно уходить под воду – первый президент продолжал изображать полное спокойствие и умиротворение, удивляясь, почему подданные его не ценят, не восхваляют, не поют ему дифирамбы и не называют его именем если и не весь островок, то хотя бы значительную его часть.
Что полезного сделал для страны и народа Аскар Акаевич? Ровным счетом ничего. Хотя мог бы, если бы захотел и постарался, по крайней мере сохранить то хорошее, что досталось Кыргызстану в наследство от Союза.
Акаева сменил президент номер два. Политик более решительный, активный и амбициозный. Уж он-то точно был бы не против, если бы Кыргызстан переименовался в Бакиевстан, а Бишкек – в Курманбек. Впрочем, при нем была создана структура, которая по сей день у кыргызстанцев ассоциируется с его именем. Структура с поистине царственным названием – ЦАРИИ (Центральное агентство по развитию, инвестициям и инновациям). Агентство, которое под благовидным предлогом экономического развития государства самым наглым образом, едва ли не в открытую разворовывало бюджет.
ЦАРИИ, кстати, логичнее было бы присвоить имя возглавлявшего его Максима Бакиева. Который и без отцовской помощи прекрасно справлялся с подталкиванием Кыргызстана к пропасти.
Алмазбек Атамбаев тоже знает себе цену. И тоже при каждом удобном случае – самолично или через бывших соратников – напоминает о себе. Прозрачно намекает на некие достижения, случившиеся якобы с Кыргызстаном за годы его правления.
Что за достижения и успехи? Что конкретно можно было бы назвать именем Атамбаева? По его собственному признанию, все годы президентства он налегал на энергетику, справедливо считая ее отраслью, нуждающейся в немедленной реанимации. И начал он с модернизации столичной ТЭЦ… Нахватав китайских кредитов и загнав Кыргызстан в глубочайшую долговую яму. В итоге ТЭЦ оказалась недоремонтированной и недомодернизированной, в итоге – авария за аварией…
В мире существует несколько виртуальных антипремий, вручаемых за антирекорды. Дарвиновская премия тут вряд ли подходит, потому что ее обладатель должен или уйти из жизни наиболее глупым способом, или так же по-идиотски лишить себя возможности иметь детей. Алмазбек Шаршенович, слава Аллаху, жив и относительно здоров, да и дети у него в полном порядке. А вот антипремия "Серебряная калоша" — как раз в тему. Ее вручают за самые сомнительные достижения в области шоу-бизнеса. То, с какой помпой проводилась "модернизация", как раз и напоминало шоу. Какой "шлягер" вышел в итоге – бишкекчане отлично знают.
Было еще как бы строительство гидроэлектростанции "Камбар-Ата-1" и Верхненарынского каскада ГЭС. Про которое тоже много говорилось и которое в атамбаевское время подавалось почти как свершившийся факт. Были и еще проекты (точнее – прожекты), которым если уж и присваивать чье-то имя, то это будет имя Си Цзиньпина. В период президентства Атамбаева Кыргызстан набрал у Китая рекордное количество кредитов, увеличив долг Поднебесной в тридцать с лишним раз.
Еще плотнее и глубже сел в калошу (и отнюдь не серебряную) преемник Атамбаева Сооронбай Жээнбеков. Если уж увековечивать его имя, то его можно было бы дать бессмертной фразе "Дайте факты!" (если речь идет о всем известном преступнике, которого власть никак не решается привлечь к ответу). И, что гораздо печальнее, — пандемия коронавируса в Кыргызстане тоже "достойна" носить имя Жээнбекова. Так позорно не прятался от собственного народа в черные дни ни один правитель, ни при одном кыргызском президенте не утекали сквозь пальцы в неизвестном направлении огромные суммы, вбухиваемые в страну извне для закупки лекарств и медоборудования…
Захочет ли народ назвать что-нибудь в Кыргызстане именем Садыра Жапарова?
Первое, что приходит на ум, — железнодорожная магистраль Китай – Кыргызстан – Узбекистан, о которой с начала 2000 годов шли пустопорожние разговоры и которая лишь теперь наконец-то обрела вполне реальные очертания.
Национализированный "Кумтор" — еще один объект, о котором давно много и горячо говорилось и до которого ни у одного из жапаровских предшественников не доходили руки и на который не хватало духу и политической воли. Оказалось, что Кыргызстан может уверенно показать шиш канадцам, заточенным на безраздельное господство над кыргызским золотом.
То, что энергетика – по-прежнему слабое место республики, Садыр Жапаров понимает не хуже Атамбаева. И работает в этом направлении. Не выпрашивая, заметьте, миллионные кредиты у товарища Си. В Чаткальском районе Джалал-Абадской области будет строиться ГЭС. А также – дорога Ташкент – Чаткал и даже горнолыжная база. Предварительно, напомним, правительству удалось максимально нормализовать отношения с Узбекистаном и заткнуть рот недальновидной оппозиции, без чего были бы невозможны подобные совместные, взаимовыгодные проекты.
Камбар-Атинская ГЭС, кстати, тоже оживает, и информация о подготовке к ее строительству уже похожа на правду. Соответствующее соглашение подписали министры энергетики Кыргызстана, Казахстана и Узбекистана – как раз тех стран, которые наиболее нуждаются в развитии энергетики.
В Садыре Жапарове подкупает то, что он предпочитает не мечтать, витая в облаках, а делиться конкретными планами, причем, как правило, уже приступив к их реализации. И обещания свои выполняет. Что будет дальше (и пожелают ли кыргызстанцы связать нечто ценное и грандиозное с именем и фамилией нынешнего главы государства) – покажет время. Но и дело, по сути, не в имени. А в благодарности, признательности и доверии. Это – дороже.
