Первый саммит арабских стран региона Персидского залива и стран Центральной Азии, состоявшийся на днях в саудовской Джидде, вполне можно расценивать как составную часть формирования общего политико-экономического пространства Большой Евразии. Такой вывод напрашивается не только в связи с составом участников этого форума (главы и премьер-министры Саудовской Аравии, Кувейта, Бахрейна, Катара, Омана, ОАЭ плюс главы всех центральноазиатских государств), но также ввиду принятых решений и тенденций во взаимоотношениях и в планах стран этих регионов.
Отметим также, что по темпам экономического роста, промышленного экспорта и инвестиционному потенциалу арабские страны региона Персидского залива (исключая Ирак) к настоящему времени занимают одно из лидирующих мест в Азии. С середины 1980-х действует таможенно-экономический союз этих стран. Точнее это Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), созданный по инициативе Саудовской Аравии с участием также Кувейта, Бахрейна, Катара, Омана и ОАЭ.
Инвестиционный и в целом внешнеэкономический потенциал этого блока не может не привлекать центральноазиатские страны. В ЦА-регионе объем инвестиций ССАГПЗ (в том числе коммерческих) за 2010-2022 гг. возрос почти на треть, а объем экспорта – более чем на треть. Многие аналитики прогнозируют дальнейшее развитие данных тенденций. Плюс к тому аналогичные тренды проявляются с середины 2010-х во взаимоотношениях и России с регионом ССАГПЗ.
В этой связи немаловажно и то, что член этого Совета Оман, расположенный на стыке Персидского залива и Индийского океана, участвует в проекте евроазиатского коридора «Север-ЮГ», в котором также участвуют РФ, Казахстан, Туркменистан, Иран, Азербайджан. Растущий интерес к участию в этом проекте проявляется в ОАЭ, Катаре, Кувейте. Возможное участие названных арабских стран в данном проекте существенно облегчается нормализацией взаимоотношений Ирана с Саудовской Аравией, что развивается с весны с. г. Поскольку политическое влияние Эр-Рияда на партнеров по ССАГПЗ остается решающим: подтверждениями тому являются более активные экономические и политические взаимоотношения с 2021-22 гг. Ирана с Катаром, Оманом, ОАЭ.
В свою очередь, страны Центральной Азии, укрепляя партнерство с этим блоком и с Ираном, тем самым пытаются, по оценкам некоторых зарубежных СМИ, сдерживать растущее политико-экономическое присутствие члена НАТО Турции в Центрально-Азиатском регионе, нацеленное на создание интеграционного блока с этими странами под главенством Анкары.
Характерно и то, что страны ССАГПЗ реализуют проекты новых кратчайших (трансаравийских) маршрутов экспорта нефти и других товаров в обход Суэцкого канала и пролива в Индийский океан, контролируемого силами НАТО. Ряд этих проектов уже реализован. К ним географически примыкают планы ряда стран Центральной Азии и Ирана по созданию совместных кратчайших выходов к портам Индийского океана.
Таким образом, экономическое, равно как и политическое сближение стран ЦА с САГПЗ, обусловлено многими взаимосвязанными факторами. Соответственно, итоги форума ССАГПЗ и Центральной Азии вполне адекватны этим факторам. Участники саммита, как заявил наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бен Сальман Аль Сауд, «одобрили «Совместный план действий», нацеленный на укрепление взаимного политического диалога и экономического сотрудничества на 2023-27 годы. Мы приветствуем этот документ, так как он будет способствовать всестороннему сотрудничеству и дальнейшему развитию обоюдного диалога».
Документ предусматривает разработку совместных инвестиционных проектов, межгосударственное стимулирование взаимной торговли, создание рабочих групп по вопросам межотраслевой кооперации, продовольственной и энергобезопасности. По имеющейся информации, планируется проведение совместной экспертизы инвестпроектов и предложений по товарным взаимопоставкам, ассортимент которых наиболее востребован обеими сторонами. Намечено также сотрудничество в освоении/использовании возобновляемых энергоресурсов и в целом по охране окружающей среды, включая обмен опытом и разработками в сфере борьбы с опустыниванием.
Наследный принц Мухаммед бен Сальман призвал страны-участницы саммита также «активизировать усилия, направленные на обеспечение энергетической безопасности и устойчивости глобальных цепочек поставок продовольствия». Эта инициатива Эр-Рияда была поддержана в ходе форума.
Одобрены конкретные предложения главы Туркменистана Сердара Бердымухамедова, касающиеся создания совместной Торговой палаты государств Центральной Азии и арабских стран Персидского залива. Формирование такой структуры, по предварительной информации, планируется завершить к концу текущего года.
Также одобрено предложение туркменской стороны о проведении первого инвестиционного форума ССАГПЗ–Центральная Азия в Ашхабаде в 2024 году.
С. Бердымухамедов обратил особое внимание на растущую зависимость мирохояйственных связей от геополитических факторов, что перекликается с упомянутой инициативой Эр-Рияда по обеспечению совместной энерго- и продовольственной безопасности. Прежде всего, сказывается влияние санкций Запада против РФ и Ирана, как и ускоряющееся распространение этих санкций на страны, сотрудничающие с Москвой и Тегераном. Схожая оценка была высказана всеми другими участниками саммита. Выработать совместные решения по уменьшению этой взаимозависимости предложено в рамках совещания на уровне министров иностранных дел. Причем такой форум Ашхабад предлагает трансформировать в постоянно действующую структуру.
Поддержаны также предложения не позже 2025 г. организовать в Ашхабаде Медицинский конгресс стран Центральной Азии и ССАГПЗ и первые спортивные соревнования стран Совета и ЦА. По оценке участников саммита, такие мероприятия и в целом развитие контактов в гуманитарных сферах поспособствует расширению диалога и взаимопонимания между этими странами.
Как видим, государства Центральной Азии и Арабского Востока всё активнее включаются в комплексное формирование общеевразийского политико-экономического пространства. Что вполне созвучно интеграционным приоритетам ЕАЭС, тенденциям в сотрудничестве стран ШОС, в том числе со странами ССАГПЗ, и стратегической программе Китая «Один пояс – один путь».
