В Пекине в начале октября состоялась знаковая Национальная конференция по идеологической и культурной работе, на которой председатель КНР Си Цзиньпин дал важные указания относительно пропаганды, идеологии и работы в культурной сфере. Китайский руководитель подчеркнул, что эта работа связана с будущим и судьбой Коммунистической партии КНР, благополучием страны и укреплением национального единства.
Си Цзиньпин отметил, что в новую эпоху масштабные изменения в мире ускоряются, поэтому «великое возрождение китайской нации вступило в критический период. Стратегические возможности, риски и вызовы сосуществуют одновременно. Работа в сфере пропаганды, идеологии и культуры сталкивается с новой ситуацией и новыми задачами».
Фактически Си Цзиньпин озвучил курс на сплачивание вокруг себя партии и народа, при этом основной упор сделан на построении идеологии и продвижении культуры, т. е. на мягкую силу в информационной сфере, которая применима как внутри, так и за пределами Китая, прежде всего в приграничных государствах СНГ.
Внутри страны властям КНР нужна консолидация общества. За пределами страны Пекин видит, как вслед за СВО на Украине начался палестино-израильский конфликт и вот-вот нечто подобное благодаря Вашингтону, упорно толкающему Тайвань на прямой конфликт с Поднебесной, может вспыхнуть в Тайваньском проливе. А значит, Пекину будет необходимо принять ответственное решение, не дрогнуть и хладнокровно подойти к достижению полного воссоединения Поднебесной на юго-восточном направлении.
В этом контексте китайская мягкая сила пытается сегодня обеспечить и «зачистить тылы» КНР на северно-западном направлении. На востоке, в Синьцзяне, одним из ее примеров является активно реализуемая программа подготовки зарубежных китаеведов. В настоящее время в октябрьской программе обучения по обмену в Урумчи (Синьцзян-Уйгурский автономный район) принимают участие несколько десятков молодых китаистов из 21 страны, включая государства СНГ. Программа типовая, рассчитана на три недели, сочетает в себе наставничество, академические лекции и экскурсии, что, по мнению организаторов, позволит будущим китаеведам «понаблюдать за регионом и получить глубокое представление о Синьцзяне», удобное организаторам-китайцам.
На севере, в направлении на РФ, устремления китайской мягкой силы, связанные с просвещением китаеведов в информационной сфере, порой принимают довольно гротескные формы. Например, в октябре этого года китайская цензура запретила такой выдающийся памятник русской картографии, как академический атлас Российской империи 1745 года, печать которого петербургское издательство «Слово» заказало в КНР в рамках второго издания «Библиотеки русских путешествий» из 20 книг. Власти Китая проверяли эту «Библиотеку» на «идеологическое соответствие» линии их партии несколько раз. И со второго захода таки ухитрились обнаружить в прилагаемом к двадцати томам «Путешествий» атласе страшное – государственную границу Китая, не проложенную однозначной пунктирной линией по реке Амур. При этом невооруженным глазом видно, что книга – репринтная, а схематичная карта, вызвавшая судороги у цензоров, относится к 1745 году и объясняет, на каком листе исторического атласа какой регион отображен.
«Кто владеет информацией – тот владеет миром» – этот афоризм основателя английской ветви банковской династии Ротшильдов приобретает сегодня новое измерение благодаря тому, что мягкая сила традиционных еще совсем недавно форм ее реализации и воплощения – тренингов, книг, атласов, международных программ обучения, печатных изданий, телеканалов, интернет-СМИ и т. д. – трансформируется в алгоритмы искусственного интеллекта (ИИ).
Успехи Пекина в этой сфере сегодня настолько пугают Вашингтон, что США чуть ли не ежемесячно ужесточают меры, призванные ограничить доступ Китая ко всему, что связано с ИИ и оборудованием для производства этого инструментария. При этом американцы пытаются пресечь получение своими геополитическими соперниками не только передовых технологий, которые можно использовать в военных целях. Особое внимание власти США обращают на ограничение экспорта графических чипов, которые можно использовать в технологиях ИИ, а также оборудования для их производства.
Также США вводят дополнительные проверки для китайских компаний, которые пытаются обойти ограничения на экспорт с помощью поставок через третьи страны. Китайские производители микропроцессоров уже вносятся в т. н. список ограничений. Это означает, что иностранным производителям для выполнения заказов от таких компаний будет необходимо получать американские лицензии. Активную борьбу с Китаем в секторе ИИ продолжает и, казалось бы, далекое от политики Министерство торговли США.
Вашингтон намерен ужесточить экспорт в Китай чипов искусственного интеллекта и инструментов для изготовления чипов
В настоящее время мировой рынок искусственного интеллекта оценивается в более чем $100 млрд. Политическая борьба с помощью мягкой силы в информационной сфере сегодня идет не столько за закрытыми дверьми, сколько за открытыми ноутбуками. Согласно недавно опубликованному главному годовому отчету о состоянии и прогнозах в области ИИ в мире State of AI Report, в 2023 году произошла революция генеративного ИИ, следствием чего стал следующий фазовый переход технологического прогресса в зону сингулярности:
• эпохальные события теперь происходят с немыслимой скоростью;
• предсказывать их колоссальные последствия становится неимоверно трудно;
• подобно взрывной волне от ядерной бомбы, эти последствия мгновенно сжигают и обесценивают большинство совсем недавних прогнозов, до неузнаваемости деформируют наши представления о том, как будут жить, работать, учиться и развлекаться отдельные люди и целые социумы уже на горизонте нескольких ближайших лет.
Forbes пишет, что руководители многих компаний считают, что почти половина навыков, существующих сегодня у рабочей силы, не будет актуальна всего через два года благодаря широкому внедрению искусственного интеллекта. Так что создатели алгоритмов ИИ все сильнее и сильнее определяют настроения, паттерны поведения и даже намерения и мысли больших человеческих масс. Тот, кто руководит этой цифровой армией, руководит и будущим этих масс. Соответственно, правящие круги Китая стремятся поставить этот инструментарий себе на службу.
Основания для этого имеются. В опубликованном в начале октября Всемирной организацией интеллектуальной собственности Рейтинге кластеров науки и технологий 2023 года, определяющем места концентрации ведущей мировой научно-технической деятельности в списке 100 лучших в Глобальном индексе инноваций 2023 года, Китай занял 3-е из 5 первых мест и 25-е из 100 мест в целом. Для сравнения: у южного соседа КНР Индии – в ТОП-100 всего четыре кластера, у северного соседа – России кластер и вовсе только один – Москва на 31-м месте).
В опубликованном в середине октября отчете исследовательского подразделения официального рупора Коммунистической партии Китая People’s Daily утверждается, что Китай должен воспользоваться возможностями искусственного интеллекта, призванными изменить геополитический и экономический ландшафт для создания новой «международной модели и порядка». Развитие «интеллектуального Интернета», который объединяет новую волну ИИ с традиционным Интернетом и технологиями Интернета вещей (IoT) и вычислительными сетями, порождает «интеллектуальную революцию», которая приведет к глубоким экономическим и социальным изменениям. Страна, которая сможет освоить инновации в области ИИ и его приложения, наряду с данными, вычислениями и алгоритмами, сможет нарушить текущий глобальный баланс сил и определить будущий облик мировой экономики.
Опираясь на этот базис, Китай заходит в сфере ИИ все дальше и дальше. Китайские специалисты уже создали и опробовали даже «цифрового прокурора», искусственный интеллект которого предъявляет обвинения с точностью в 97%. Недавно в КНР были опубликованы «Основные требования к безопасности служб генеративного ИИ». Проект соответствующего закона о переформатировании информационной сферы путем ее редактирования генеративным ИИ вступит в силу до конца года. После этого переформатирования в ней не будет ни Винни-Пуха (запрещенного китайскими цензорами по политическим мотивам – из-за частых сравнений с председателем КНР Си), ни много еще кого и чего, неугодного проводникам мягкой силы Пекина в информационной сфере.
Документ устанавливает, какие применения генеративного ИИ будут считаться незаконными в КНР со всеми вытекающими репрессивными последствиями. Незаконными будут признаваться применения любого генеративного ИИ, если для его обучения был использован обучающий набор данных, содержащий более 5% «незаконного и вредного» контента. Напомним, что «вредным контентом» в Китае считается вся информация, блокируемая Великим китайским файрволом, включая не только образ английского Винни-Пуха ущемлением которого так беспокоится BBC, но и российские географические карты (вроде вышеупомянутой), некоторые изображения Н.Н. Муравьева-Амурского, трактовки принадлежности Приамурья, а также некоторых территорий Кыргызстана, Казахстана, Таджикистана и т. д. и т. п. В целом все это означает, что уже со следующего года:
– вся информационная сфера внутри Китая (которой, по сути, уже стал китайский сегмент Интернета) и находящаяся под его влиянием за пределами КНР, в т. ч. в СНГ, со всей содержащейся в ней информацией о прошлом (историческая информация), настоящем (актуальная информация) и будущем (прогнозная аналитика, публицистика, литература) подвергнется переформатированию путем изымания из нее не нравящегося властям Пекина «вредного контента»;
– процесс переформатирования будет происходить постепенно, по мере расширения использования нового инструментария форматирования, которым, по новому закону, станет генеративный ИИ (судя по планам разработчиков, касающимся тотального включения инструментов генеративного ИИ практически во все классы приложений, для полного переформатирования информационной сферы Китая может занять несколько лет);
– исполнителями форматирования станут разработчики моделей генеративного ИИ, в то время как контроль за результатами этого форматирования будет у китайского государства и его спецслужб.
Пекин также станет гораздо активней продвигать, в т. ч. в СНГ свой т. н. «Цифровой шелковый путь», проекты в рамках которого стали новой движущей силой китайской мегаинициативы «Один пояс – один путь». Цифровое продвижение Китая является частью усилий по укреплению его статуса мирового технологического лидера с сохранением при этом привлекательности инициативы «Пояса и пути». Сам «Цифровой шелковый путь» охватывает сетевую инфраструктуру, такую как 5G, электронную коммерцию и цифровую экономику, а также городское планирование.
Хотя «материальные» инфраструктурные проекты по-прежнему останутся основой для некоторых стран входящих в «Один пояс – один путь» (вроде Камбоджи или Лаоса, в которых пока даже физическая инфраструктура остается слабой и поэтому вести речь о цифровом формате пока преждевременно), другие страны-участницы, готовящиеся начать свою собственную цифровую «промышленную революцию 4.0», уже стремятся использовать с этими целями технологические возможности Китая и просят Пекин поделиться с ними соответствующими технологиями.
По данным Администрации киберпространства Китая, соглашения, касающиеся «Цифрового шелкового пути», подписали уже 17 стран. Это число будет только расти, даже несмотря на то, что США и прочие западные страны выражают обеспокоенность по поводу безопасности китайских технологий. Все эти информационно-цифровые проекты должны позволить Китаю устанавливать свои собственные технологические стандарты в противовес Западу и продвигать свою мягкую силу в информационной сфере не только в СНГ, но и по всему миру.
Сергей Андреев, по материалам: Ритм Евразии
