Современная геополитическая ситуация, набирающее силу переформатирование международных отношений, и обусловленные этим внешнеэкономические тенденции требуют более тесного взаимодействия государств и их объединений, противостоящих санкционной и, в целом, неоколониальной политике Запада. В свою очередь, эффективность такого взаимодействия определяется готовностью этих стран и их блоков проводить согласованную финансово-экономическую политику, коллективно реагировать на внешние вызовы.
Возможные решения означенных вопросов – это основная тематика 15-го Международного экономического форума стран СНГ «Диалог интеграций: СНГ, ЕАЭС, ШОС, БРИКС», который состоится на днях в Москве. Он организован Ассоциацией «Деловой Центр экономического развития СНГ» при поддержке Исполкома Содружества.
Комплексной задачей форума официально анонсированы «выработка и принятие совместных решений, установление долгосрочных партнерских отношений, получение обратной связи и планирование дальнейших шагов к экономическому развитию Содружества». Странно, но в этом анонсе не упоминаются ЕАЭС, БРИКС, ШОС. Хотя, согласно тематической аббревиатуре форума («Диалог интеграций»), рекомендации по решению вышеупомянутых и смежных вопросов едва ли ограничатся географией постсоветского пространства.
С учетом реалий, максимально эффективный диалог интеграций возможен при условии, если вышеперечисленные объединения заинтересованы в создании интеграционной платформы, которая позволит формировать принципиально новую мирохозяйственную систему. Основанную на политико-экономическом равноправии государств и их объединений.
Такой подход к решению этих стратегических вопросов, судя по структуре и заявленным участникам предстоящего форума, вроде бы прослеживается. Но позиции по данным вопросам будут изложены представителями правительства России, Азербайджана, Армении, Белоруссии, Казахстана, Киргизстана, Туркменистана. Мы не оговорились: именно представителями (а не «первыми лицам») правительств, поскольку в перечне участников форума обозначены вице-премьеры упомянутых стран.
Казалось бы, статус этих вопросов подразумевает, что возможные варианты их решения должны быть представлены именно «первыми лицами» стран-участниц. Но увы. Видимо, окончательные позиции тех же стран ещё не формированы, или представителям правительств поручено, скажем так, «присмотреться» к позициям друг друга, чтобы затем выработать официальную позицию, или – чтобы, как минимум, принять к сведению подходы других стран к решению тех же вопросов…
Впрочем, в том же перечне – глава Коллегии ЕЭК Михаил Мясникович, генеральный секретарь СНГ Сергей Лебедев и генеральный секретарь ШОС Чжан Мин (КНР).
В контексте упомянутой проблематики, всё более актуально, по оценке многих аналитиков, сопряжение в ЕАЭС и БРИКС валютно-финансовой политики и ее взаиморасчетной инфраструктуры. С учетом заявленного развития в этих блоках взаиморасчетов в нацвалютах и предстоящего расширения группы БРИКС: заявки на участие в ней недавно представили Иран, Аргентина, Алжир. Планируют участвовать в этом блоке Саудовская Аравия, Турция, Египет. А эти страны отнюдь не «слаборазвитые» в мирохозяйственной табели о рангах.
Тем временем, в ЕАЭС и БРИКС уже прорабатывается создание универсальной межблоковой платежной системы. Об этом было объявлено на Деловом форуме БРИКС в конце ноября 2022 г. в Москве. Некоторые подробности этих проработок сообщил на том форуме Владимир Ковалёв, советник председателя Коллегии ЕЭК. А именно: «…Значительный потенциал сотрудничества ЕАЭС и БРИКС говорит о возможности формирования – на базе корзины валют двух объединений – новой расчетной единицы». Кроме того, интересным и выгодным, по оценке В. Ковалева, «может стать создание универсальной платежной системы, предусматривающей выпуск общей платежной карточки (БРИКС + ЕАЭС), объединяющей национальные системы Китая (Union Pay), Индии (RuPay), Бразилии (Elo) и стран-участниц ЕАЭС (МИР, Белкарт и т.п.)». Такие проекты востребованы уже потому, что, как отметил эксперт, совокупная доля стран-партнеров России по БРИКС в стоимости общего товарооборота Евразийского союза достигла 30%.
Кроме того, на том же форуме было рекомендовано координировать работу макрофинансовых институтов тех же блоков: прежде всего Банка развития БРИКС и ЕАБР. А для выработки объективных критериев инвестиционной привлекательности (ИП) тех же стран целесообразно сформировать объединенное рейтинговое агентство. Оценки которого «не подлежали бы конъюнктурным рискам и могли бы стать основополагающими при инвестиционных решениях». Вовсе не секрет, что рейтинговые агентства Запада – основные из них Standard and Poor’s, Moody’s Investors Service Inc, Fitch Inc, (США) – издавна увязывают ИП-оценки стран, которые вне НАТО и вне Евросоюза, с политическими взаимоотношениями этих стран с Западом. То есть, чем хуже эти взаимоотношения, тем ниже ИП-оценки для «строптивых» стран. Кстати, теми агентствами нередко занижается инвестиционная привлекательность не только тех стран Запада, что не участвуют в НАТО – Австрии, Ирландии. Но и даже автономных от Дании Фарерских островов, не участвующих в ЕС и продолжающих взаимовыгодное экономическое сотрудничество с Россией и Белоруссией…
Объединенное рейтинговое агентство ЕАЭС-БРИКС намечается создать с участием, в том числе, китайских инвестагентств Dagong, Chengxin Credit и российского АКРА (Аналитического кредитного рейтингового агентства).
В контексте меблоковых кооперационных проектов в финансовой сфере, директор Центра международно-правовых и политических проблем евразийского сотрудничества (РФ) Галина Петрова выделяет, образно говоря, российско-китайский фактор. Точнее, это «развивающееся взаимодействие центральных банков РФ и КНР для обеспечения координации финансовых регуляторов обеих стран, развития взаиморасчетов в национальных валютах». Как и для «унификации правил ответственности операторов национальных платежных систем за безопасность трансграничных платежных услуг».
Не менее важная роль, по мнению эксперта, принадлежит «Пулу валютных резервов этой группы стран, выделяющему финансовые средства по программам проектного финансирования БРИКС, не согласовывая условия их выдачи с МВФ». Смежный рычаг кооперации в той же сфере, по мнению Г. Петровой, – это БРИКС-овский Фонд облигаций в национальных валютах, нацеленный на развитие общего рынка ценных бумаг этого блока, котируемых именно в нацвалютах.
В целом, эксперт подчеркивает, что «Россия, Китай, Индия как ведущие страны-члены БРИКС, а также ШОС и партнеры по ЕАЭС выступают «локомотивами» евразийских и трансконтинентальных проектов, располагая, к тому же, третьей частью объема мировых производственных мощностей и финансов». Хотелось бы предположить, что предстоящий международный форум «Диалог интеграций», несмотря на «не первый статус» почти всех его участников, всё же выработает предметные рекомендации по стимулированию межблоковых кооперационных трендов.
Алексей Чичкин
