Последствия для российско-турецких отношений могут оказаться непредсказуемыми
15 февраля 2023 г. Президент России принял решение о завершении работы МЧС в Сирии и Турции. Общее число погибших в результате серии разрушительных землетрясений 6 февраля и последующих подземных толчков с эпицентром в горной провинции Кахраман-Мараш подбирается к 40 тысячам и очевидным образом будет расти и далее. Разрушены десятки тысяч зданий, что эквивалентно жилому фонду такого мегаполиса, как Москва. Горы мусора провоцируют риск эпидемий. Некоторые небольшие города, скорее всего, придётся снести с тем, чтобы затем отстроить заново. До последнего спасатели разбирают бесчисленные завалы, и, несмотря на отдельные счастливые случаи, шансов извлечь живых людей более практически нет. В 10 пострадавших провинциях в общей сложности проживает более 13 миллионов человек. По предварительным оценкам Турецкой конфедерации предпринимательского и делового мира, расходы на ликвидацию последствий землетрясения превысят 84 млрд долл., что составляет более 10% ВВП страны (расходы на ликвидацию «Измитского» землетрясения 1999 года, одного из наиболее разрушительных в новейшей истории страны, по разным данным, составили от 15 до 19 млрд долл.).
Голосами партий правящей коалиции («ПСР» Реджепа Эрдогана и «ПНД» Девлета Бахчели) на три месяца по всей стране введено чрезвычайное положение. Разумеется, столь масштабное стихийное бедствие не может как экономических, так и сугубо политических последствий. Реджеп Эродган и его соратники предлагают перенести намеченные на май президентские и парламентские выборы на осень текущего, либо же на март 2024 года, совместив с выборами в местные органы власти. Выступая в одном из пострадавших городов, Шанлы-Урфа, президент попросил на ликвидацию всех последствий землетрясений один год. В свою очередь, обвиняя «султана» в некомпетентности, которую уже нет мочи терпеть, лидер основной оппозиционной партии Кемаль Кылычдарголу призывает того не бояться выборов: «Конституция – предельно ясна. Выборы могут быть отложены только в случае войны. Поскольку войны нет, выборы нельзя отложить. Никто не может создать собственную правовую норму, придумывая иные обоснования, кроме Конституции и законов. Есть Конституция. Если мы говорим: “Турция – правовое государство”, этого делать нельзя… За требованиями переноса выборов скрывается желание сбежать от выборов». «Эта катастрофа – результат единоличного правления», – не отстаёт лидер «Хорошей Партии» Мераль Акшенер, обвиняя находящегося более 20 лет у власти президента в разрушении институтов, имевших опыт борьбы с катастрофой такого масштаба. Согласно решению Конституционного суда Турции от 2012 года, «…нет ничего противоречащего Конституции в законодательном регулировании об отсрочке выборов Президента в случаях невозможности их проведения в связи с форс-мажорными обстоятельствами, такими как война…». Как видим, двусмысленность в трактовке понятия «форс-мажор» сохраняется. Возможно, власти обратятся в подконтрольную им Высшую избирательную комиссию и в Конституционный суд, которые, с высокой степенью вероятности, вынесут нужное Эрдогану решение, с которым, разумеется, категорически не согласятся его оппоненты. В любом случае, предмет горячих дискуссий и взаимных обвинений в ближайшие месяцы обеспечен.
Откровенно популистский характер заявлений оппозиционных политиков, тем не менее, не отменяет неудовлетворительной работы профильного Управления по борьбе со стихийными бедствиями и чрезвычайными ситуациями (AFAD), ведущего государственного учреждения и специфического кадрового отбора по принципам личной преданности и кумовства. В частности, назначенный в 2018 году Эрдоганом глава Департамента реагирования на стихийные бедствия, отвечающего за мобилизацию людей и ресурсов в случае землетрясения, Исмаил Палакоглу, получил… теологическое образование и долгое время работал в управлении по делам религий (Diyanet) на должностях, не имеющих ни малейшего отношения к вопросам преодоления последствий стихийных бедствий. Многочисленные провалы служб экстренного реагирования, отсутствие или острый дефицит самого необходимого лишь подчёркивают правительственную показуху и игнорирование парламентских рекомендаций по итогам предыдущих, менее разрушительных землетрясений (например, одного из недавних – в провинции Дюздже в ноябре прошлого года).
Значительный резонанс в Турции и за её пределами вызвала история практически не пострадавшего 42-тысячного городка Эрзинь, расположенного практически на севере провинции Хатай (Александретта), между Османие и прибрежным Дерт-Йолом, почти в эпицентре землетрясения. Местный мэр Оккеш Эльмасоглу, член оппозиционной Народно-Республиканской Партии (в 2009-2019 годах он возглавлял городской совет при градоначальнике от «эрдогановской» ПСР Казыме Шимшеке) прославился своим принципиальным отказом, несмотря на давление подрядчиков, разрешать строительство в нарушение действующих «сейсмических» норм. В то же время, согласно предварительной информации, не пострадали десятки тысяч зданий, построенных государственным застройщиком (даже жильё эконом-класса), что порождает вопросы к их частным коллегам. Впрочем, учитывая некоторые особенности турецкого строительного бизнеса, грань между частным и государственным может оказаться весьма шаткой. Уже начались задержания отдельных недобросовестных бизнесменов, в региональных прокуратурах созданы специальные департаменты, работают специальные комиссии с выходом на многочисленные судебные процессы по делам «застройщиков-убийц», вполне возможно, уже наследивших и в нашей стране. Как совершенно справедливо отмечает автор Телеграм-канала «Турция – это» Иван Стародубцев, «нужно составить реестр тех компаний, которые работали на территории Российской Федерации, и обратиться к турецким властям с просьбой предоставить список тех компаний, которые были замечены в недобросовестном строительстве и список тех лиц, которые были в связи с этим задержаны. Это очень важно, так как сличение этих двух списков позволит нам по крайней мере понять, не построили ли эти недобросовестные застройщики что-то и на территории Российской Федерации».
Обычно не тушующийся перед лицом критики, Эрдоган всё же признал, что правительственные учреждения медлили с отправкой спасателей и доставкой помощи пострадавшим в первые дни землетрясения. Пользователи социальных сетей в массовом порядке жалуются на дефицит палаток и некоторых предметов жизнедеятельности. Российские спасатели прибыли на место стихии одними из первых, несмотря на странную стеснительность турецких партнёров в освещении факта их оперативного реагирования на трагедию. Скоропалительный же отъезд, под предлогом «угрозы безопасности» некоторых западных коллег, на фоне показательной демонстрации военно-морской силы Америки близ турецкого побережья подпитывает экстравагантные слухи о возможном рукотворном характере происшедшего, о применении американцами «сейсмического оружия» посредством системы HAARP на Аляске и т.д. Как пишет Телеграм-канал «Чисто для фиксации», «до землетрясения Эрдоган в полном соответствии с конвенцией Монтрё блокировал вход в Чёрное море военных кораблей нечерноморских стран. Сейчас же Вашингтон и Лондон явно добиваются превращения Турции в ещё один полностью управляемый извне антироссийский плацдарм с выходом в Чёрное море, наряду с Украиной и Румынией. Это – угроза стратегического масштаба для России и не очень понятно, если ли у Кремля возможности её как-то парировать».
В недавнем интервью РИА Новости директор четвертого европейского департамента МИД Юрий Пилипсон счёл необходимым напомнить об отсутствии «нерешаемых задач на пути реализации» контракта 2022 года на поставки в Турцию второго полка зенитных ракетных комплексов (по словам одного эксперта, «не исключено, что лучшее понимание системы С-400 позволяет лучше им сопротивляться на Украине – Турция всё-таки страна НАТО»). В то же время, по словам дипломата, данная тема предусматривает поддержание определенной «информационной гигиены» в публичном пространстве, дабы не допустить ущерба ни для собственных национальных интересов, ни для заказчика: «Как известно, отдельные государства применяют в отношении России целый веер ограничительных мер, однако не для защиты демократии и прав человека, а для устранения конкурента на объёмном рынке вооружений». Не забыл господин Пилипсон и о строительстве АЭС «Аккую» в провинции Мерсин, и о перспективах строительства ещё одной атомной станции в причерноморском Синопе, и о проекте российско-турецкого газового хаба, реализация которого окажет стабилизирующий эффект на мировые энергетические рынки.
В то же время, как следует из заявления российского посла в Анкаре Алексея Ерхова, поставки Турцией вооружений режиму Зеленского продолжаются, причём «их номенклатура имеет тенденцию к расширению. Выводы делайте сами». Вне всякого сомнения, военно-техническое сотрудничество Анкары и Киева, к которому мы неоднократно обращались ранее, на ближайшие годы, как минимум, не потеряет актуальности. В любом случае, проблем в российско-турецких отношениях меньше не станет вне зависимости от того, удастся ли Эрдогану протянуть ещё год до следующих выборов или нет.
Александр Григорьев
