Непотопляемый авианосец англосаксов – против арабского единства
«…Между каждым из нас есть разногласия, нас не объединяет ничего, кроме этого зала. Почему не было остановлено решение убить Саддама Хусейна? Арабское руководство полностью уничтожается, а мы просто наблюдаем. Почему? Ведь завтра каждого из вас это коснётся, настанет и ваша очередь. Вы являетесь друзьями Америки. Мы все являемся друзьями Америки. И в один день Америка может дать согласие на то, чтобы нас повесили».
Из выступления ливийского лидера М. Каддафи в 2008 году в ходе саммита Лиги Арабских Государств в Дамаске
7 мая собравшиеся в Каире главы внешнеполитических ведомств арабских государств обсуждали перезревший вопрос о возвращении в Лигу Арабских Государств отстранённой от неё в 2011 году по инициативе Катара Сирийской Арабской Республики (к слову, одного из со-основателей этой межарабской организации). По информации дипломатических источников издания The Cradle, сам по себе созыв Совета Лиги в преддверие саммита ЛАГ 19 мая в Эр-Рияде свидетельствовал об общем намерении одобрить возвращение Сирии. Согласно одному из представленных Эр-Риядом предложений, тот самый Катар должен при голосовании воздержаться, а второй вариант предполагал возвращение Сирии в ЛАГ в статусе «наблюдателя» с перспективой возврата через год к полноправному членству. Так или иначе – но положительное решение принято.
На фоне очевидного прорыва в нормализации политико-дипломатических отношений многолетних противников «режима Асада» с Дамаском, Доха по-прежнему против, действуя вразрез явно выраженным усилиям государств Совета Сотрудничества Арабских Государств Персидского залива (ССАГПЗ) и, в частности, Королевства Саудовская Аравия. Непримиримая позиция непропорционально своим размерам богатого природными ресурсами эмирата противоречит также и попыткам одного из немногих региональных стратегических союзников эмирата, Турции, урегулировать разногласия с Дамаском, смягчив более чем десятилетнюю вражду в рамках «Астанинской» тройки и при российском посредничестве.
Катар – едва ли не единственная аравийская монархия, активно поддерживающая деструктивную линию Вашингтона и Брюсселя в «сирийском вопросе». Для того, чтобы понять, возможны ли перемены, стоит оглянуться не в столь уж далёкое прошлое.
Башар Асад и эмир Катара ат-Тани
С приходом в 2000 году к после смерти отца к власти в Дамаске Башара Асада сирийско-катарские отношения ко второй половине 2000-х годов заметно улучшились, что было особенно заметно в период активных военных действий на юге Ливана летом 2006 года и вокруг сектора Газа в 2008 году, напоминает The Cradle. Асад-младший и неоднократно посещавший Дамаск тогдашний эмир Катара Хамад бен Халифа Ат-Тани установили неформальные отношения. Активно поддерживая как ливанское, так и палестинское сопротивление, Доха вышла на роль важного спонсора восстановления районов, разрушенных израильскими атаками. Закономерным образом это совпало с улучшением отношений между Катаром и контролирующей Газу радикальной группировкой ХАМАС. Направив в 2011 году в ставшую мишенью западного империализма Ливию 6 боевых самолетов, Катар установил хорошие связи с местными джихадистами. В результате убийства Каддафи и «победы» оппозиции самомнение Дохи сильно возвысилось. (1)
После начала в Сирии весной того же 2011 года массовых беспорядков основанный в 1996 году в Катаре информационный холдинг «Аль-Джазира» ясно и недвусмысленно поддержал «мирных революционеров», которые в реальности были вовсе не такими уж и мирными. Власти Катара, Турции и лидеры «ХАМАС» потребовали от сирийского президента включения в состав правительства представителей местного отделения запрещённых в Сирии и России «Братьев-мусульман». После отказа Дамаска пойти на это беспорядки быстро переросли из акций гражданского неповиновения в массовое вооружённое насилие, пожар которого быстро распространился по всей стране. Первым из арабских стран Катар повесил замок на ворота своего посольства в Дамаске, ещё до того, как возмущённые пропагандой Аль-Джазиры сирийцы пришли к нему протестовать (и отказывается размыкать по сию пору). Эмир Катара первым заявил о том, что повстанцев надо вооружать. Министр иностранных дел Халид бин Мухаммед аль-Аттыйя в 2012 г. на форуме Международного института изучения проблем безопасности заявил, что он «категорически против того, чтобы исключить (из борьбы против «режима Асада» – Прим. авт.) кого-либо на этой стадии или называть Аль-Каидой». Турция открыла границы для террористов и наёмников со всего мира, в то время как материальная поддержка со стороны «заливных» монархий исчислялась многими миллиардами долларов. Только в первые два года гражданской войны Катар выделил «вооружённой оппозиции» от 1 до 3 млрд долл. Дезертирам из армии предлагали $50 тыс. на семью. По данным Стокгольмского института международных исследований мира, Катар поставил в Сирию больше оружия, чем любая другая страна. Между апрелем 2012 и мартом 2013 гг. его перевезли 70 транспортных самолетов. На территории эмирата появился тренировочный лагерь для подготовки местными и американскими военными около 1200 боевиков в год на трехнедельных курсах (2). В 2016 году глава катарской дипломатии возвестил, что «Доха готова к военной интервенции, если это поможет сирийцам».
Роль Турции и Катара в поддержке запрещённой в России «Джебхат ан-Нусры» ещё в 2016 году признавалась и американской военной разведкой. В 2020 году арестованный в Ираке марокканский лидер «Нусры» некто Иссам аль-Хана рассказал, что катарский шейх Халед Сулейман финансировал эту группировку из расчёта более чем на миллион долларов в месяц. Информация о поддержке Катаром террористов звучала в ходе одного из судебных процессов в Великобритании, а в мае в США прозвучали обвинения против статусных катарских людей, обвиняемых в переводе 800 тыс. долл. «судье» ИГИЛ, приказавшему обезглавить американских журналистов Стивена Сотлоффа и Джеймса Фоули.
Впрочем, несмотря на колоссальные усилия противников, помощь во стороны Ирана и России отчасти стабилизировала (ставшее к 2015 году, казалось бы, безнадёжным) положение «режима Асада» и, сопровождаясь дипломатическими и иными усилиями, со временем привела к заметному снижению поддержки боевиков саудитами и катарцами. Но если первые, в конечном итоге, идут на прямые переговоры с перспективой полного восстановления всего комплекса связей с Дамаском, то в Дохе пока не признают провал усилий по свержению «режима Асада». Бывшее сирийское посольство в Дохе по-прежнему функционирует как оперативный центр для «исламских революционеров». Хотя и не столь рьяно, как ранее, там поддерживают связи с «Левантийским фронтом» «сирийской национальной армией» (финансируемой совместно с Турцией), с засевшими в Идлибе М. аль-Джуляни “и компанией”, что гарантирует хотя бы частичный возврат сделанных ранее вложений, ибо «содержание этих формирований обходится дешевле из-за их эффективности в самофинансировании и на поле боя. Более того, джихадистские группировки в конечном счете доказали свою большую лояльность интересам Катара, особенно “Хайат Тахрир аш-Шам”». Наличие в сотнях лагерей вблизи турецкой границы примерно миллиона перемещённых лиц предоставляет Дохе, финансировавшей строительство некоторых из этих городков, дополнительные рычаги воздействия на Дамаск, если и когда в том настанет необходимость.
Разумеется, непримиримая позиция Дохи обусловлена не только восточно-прагматическим расчётом добиться от Сирии за любой гипотетический не враждебный шаг как можно больших уступок, либо же искренним состраданием к «мусульманским братьям» (это вообще смешно). Не будем забывать, что именно в Катаре расположена крупнейшая в Западной Азии военная база Центрального командования Пентагона (CENTCOM), в то время как Вашингтон последовательно отвергает любые инициативы по сближению с Дамаском. «У Катара сложились прочные отношения с администрацией Байдена, – пишет AP. – Самая богатая страна мира на душу населения сыграла ключевую роль в эвакуации из Афганистана, а её огромные запасы природного газа могут помочь поддержать энергетические рынки Европы в условиях войны России в Украине. Катар также может сыграть решающую роль в стремлении президента Джо Байдена возобновить ядерную сделку с Ираном».
Чего изволите? Переговоры внешнеполитических делегаций США и Катара
Ещё один немаловажный фактор – отказ Б. Асада нормализовать отношения с Турцией до полного вывода оккупационных сил с северных и северо-западных районов страны. До тех пор, пока сирийско-турецкие разногласия не преодолены, Доха не предпримет никаких шагов для налаживания конструктивных отношений с Дамаском. Наконец, сами сирийцы едва ли откажутся пойти на мировую с Катаром, пока тот «не заплатил существенную цену за свою роль в разжигании, расширении и милитаризации конфликта. Катар – небольшой, богатый эмират, расположенный далеко от границ Сирии. В отличие от других региональных сторонников оппозиционных формирований, таких как Саудовская Аравия, Турция и ОАЭ, которые обладают значительным региональным влиянием, Катар не представляет особой ценности для Дамаска», помимо существенного материального вклада, который он теоретически мог бы внести в восстановление Сирии.
Едва ли деструктивная позиция Дохи будет препятствовать фактическому возобновлению членства Сирии в ЛАГ, о чём свидетельствуют итоги совещания в Каире. Вроде бы сомневающиеся Кувейт и Марокко, видимо, по настоянию Эр-Рияда, также открыто не возражали, что облегчило Катару задачу «не выступать против того, с чем государства – члены Лиги арабских государств единодушно согласились». Как и ожидалось, несмотря на зависимость от Запада, Доха не рискнула наложить вето на уже согласованное решение, ибо упрямый отказ способствовал бы дальнейшей изоляции прозападных марионеток из клана ат-Тани в арабском мире, всё более стремящемся к осознанию своих подлинных интересов. Если это произойдёт, то тогда, возможно, трагическое предсказание растерзанного в 2011 году озверевшей толпой лидера Джамахирии, с которого мы начали наш материал – относящееся, к слову, отнюдь не только к арабскому миру – прекратит-таки сбываться…
Увы, можно предположить, что, отрабатывая тесные связи с США и Великобританией, а также имеющиеся финансовые ресурсы, в той или иной мере «затаившая хамство» Доха и впредь будет вести деструктивную линию, на которую, надо полагать, её соседи будут вынуждены так или иначе реагировать.
Александр Григорьев
Примечания
(1) Васильев А. Сирийская трагедия. Рождение чудовищ // Азия и Африка сегодня. 2017. № 6.
(2) Там же.
