10-11 сентября с официальным визитом в Казахстане побывал глава МИД Турции Хакан Фидан. Он провел переговоры с коллегами из казахстанского МИД, а также с президентом Касым-Жомартом Токаевым. По итогам стороны заявили о планах наращивания торговли и совместном развитии транзитных перевозок. Казахстан стремится развивать отношения со всеми современными «центрами силы» в рамках своей многовекторной политики, однако у Анкары здесь свои планы. В пресс-службе турецкого МИД назвали одной из тем переговоров в Астане «интеграцию тюркского мира».
Сегодня Турция предпринимает попытки занять более значимую позицию в регионе Центральной Азии. Анкара давно и активно продвигает идею создания единого государства, в которое вошли бы все тюркоязычные народы под эгидой Турции – «Великого Турана». В 2022 г. эта концепция была включена в школьные учебники Азербайджана, Казахстана и Кыргызстана по таким предметам, как «Общая тюркская история», «Общая тюркская литература», «География тюркского мира». Не имея общих границ с Центральной Азией, Турция пытается «зайти» в регион через Каспий и продвижение идеи культурного единства.
Как отмечают эксперты, идея «Великого Турана» интересна и Западу, который видит в ней инструмент противодействия России, Ирану и Китаю в регионе. Однако центральноазиатские страны не готовы делиться с Анкарой суверенитетом и экономическим потенциалом ради лозунгов о «тюркоязычном единстве». Кроме того, у Турции недостаточно ресурсов, чтобы экономически поддержать свой амбициозный проект. Турецкая лира слаба, а инвесторы опасаются долгового кризиса.
Товарооборот Казахстана с Турцией в 2022 году составил $6,3 млрд. При этом взаимная торговля Казахстана с Россией достигла $26 млрд, с Китаем – $24 млрд. Тем не менее, по итогам встречи с турецким министром иностранных дел Токаев объявил о планах довести товарооборот с республикой до $10 млрд. В части транспортно-логистического сотрудничества Астана делает особый акцент на Транскаспийский международный транспортный маршрут, не включающий Россию. Насколько глубоко турецкое влияние на Казахстан и регион, и какими инструментами пользуется Анкара для его распространения, в комментарии «Евразия.Эксперт» объяснил старший научный сотрудник Центра постсоветских исследований ИМЭМО РАН Станислав Притчин.
Старший научный сотрудник Центра постсоветских исследований ИМЭМО РАН Станислав Притчин:
– Какие инструменты сегодня использует Турция для продвижения своих интересов в Центральной Азии?
– Если говорить об инструментах внешней политики Турции, то они, в первую очередь, идеологические: «Великий Туран», близость тюрок всего мира. Сразу после распада СССР Турция решила воспользоваться этим шансом, и на основе этнической, культурной, ментальной, языковой близости построить объединение, в котором формально все являются равными, «братьями». Но, конечно, Турция рассматривает себя в качестве лидера тюркского мира.
Мы видим целый комплекс платформ, флагманом которого является Организация тюркских государств, которая позволяет на регулярной основе проводить встречи и консультации по ключевым вопросам внешней и внутренней региональной политики.
Есть университет, который расположен в Астане: второй важный инструмент – это образование. Мы видели в условиях внутриполитических проблем Турции трансформацию этого инструмента. До недавнего времени основным инструментарием были гюленовские школы и колледжи, а после разрыва отношений между Эрдоганом и Гюленом Турция немного сдала позиции в вопросе предоставления образовательных услуг, но позже переформатировалась и фактически создала параллельную систему. В чем–то она базируется на гюленовской.
Сейчас создаются условия для обучения, начиная со школьного образования и заканчивая турецкими университетами. Таким образом создается система лояльных Турции технократов. Турецкое образование достаточно конкурентоспособное и, соответственно, выпускники тоже. Существуют ассоциации, которые оказывают выпускникам помощь в трудоустройстве. Есть и фактор бизнес-ассоциаций: получение возможностей для осуществления различного рода строительных услуг. В принципе, инструментарий мягкой силы довольно активно используется.
Нужно отметить активность Турции в Центральной Азии: в ответ на любую кризисную ситуацию или конфликт она старается обозначить свое присутствие. Например, отправляет гуманитарную помощь или заявляет о готовности выступить медиатором, как это было в случае кыргызско-таджикского конфликта. Хотя это выглядело довольно абсурдно, потому что Турция начала использовать механизмы продвижения продукции ВПК: сначала Киргизии, а затем Таджикистану. Игра была на расширение рынка сбыта продукции своей ВПК.
– Много ли сторонников находит идея «Великого Турана» в тюркоязычном мире, в том числе и в Казахстане?
– Если подробнее говорить о «Великом Туране», то здесь много иллюзий и много искусственного. Несмотря на близость языков, страны живут в разных культурно-социальных условиях. Менталитет отличается, основные ценностные ориентиры у людей разные. Если рассматривать общие вопросы – единство культурного наследия – то, в принципе, Центральная Азия настолько в этом плане богата, что в разные исторические периоды было разное наследие.
Для Казахстана, например, Золотая Орда является важным историческим элементом. Советский Союз, пусть сегодня и подается в негативном ключе, но с этим периодом связаны многие наследия – промышленное, инфраструктурное, образовательное.
– А если говорить об отношениях в сфере экономики?
– Товарооборот отличается в меньшую сторону в 4-5 раз от российского и от китайского. По уровню инвестиций это тоже разные игроки для Казахстана. С точки зрения торговли важно понимать, что приграничная торговля – очень важный элемент, и Турции будет сложно конкурировать как в силу географической удаленности, так и в силу размера экономики. Хотя Турция – заметная экономическая держава, но это не Китай и не Россия.
Понятно, что часть политического и внешнеэкономического внимания перестраивается на Турцию, и это отчасти влияет на российско-казахстанские отношения. Но фундаментальные аспекты нашего сотрудничества вряд ли могут быть смещены из-за турецкого фактора. По каким-то направлениям Казахстан расширяет сотрудничество с Турцией, но общий характер российско-казахстанских отношений настолько комплексный и всеобъемлющий, что говорить, будто Турция – направление, которое грозит в среднесрочной перспективе заменить Казахстану Россию, не стоит в силу объективных причин.
