Проблема недостаточной обеспеченности водными ресурсами характерна для многих стран мира, а около 40% населения планеты проживают в регионах с критическим дефицитом воды. В зоне высокого риска находятся и республики Центральной Азии, которые разделяют общие водные ресурсы всего лишь двух бассейнов трансграничных рек – Амударьи и Сырдарьи. Здесь водная проблема уже не раз становилась вопросом не только экономического, но и политического характера, как в случае эскалации пограничного конфликта между Киргизией и Таджикистаном в 2021–2022 годах.
Более того, из множества различных мер по преодолению сложившейся ситуации, которые реализуются или предлагаются как на региональном, так и международном уровнях, некоторые вполне могут дать эффект, обратный ожидаемому.
Необходимо отметить, что проблемы с водой появились в ЦА не сегодня и не десять лет назад, но именно в настоящее время они грозят настоящей катастрофой. Основными причинами современного кризиса большинство экспертов называют климатические изменения, рост численности населения, в первую очередь городского, неэффективное использование водных ресурсов, устаревшую инфраструктуру и пр.
По данным Евразийского банка развития (ЕАБР), во всех странах Центральной Азии технический износ инфраструктуры водоснабжения и очистного оборудования составляет до 80%, а ненужные технологические и коммерческие потери воды в распределительных сетях оцениваются на уровне 55-60%. При этом за последние четверть века площадь орошаемых земель в регионе увеличилась с 2,2 млн га до 10,5 млн га (с учетом орошаемых земель Афганистана показатель вырастет до 14 млн га), а объем забора воды на коммунально-бытовые нужды вырос в 2 раза.
Одновременно, несмотря на принимаемые меры, в ЦА сохраняется крайне нерациональное использование водных ресурсов в сельском хозяйстве. Забираемая из бассейнов Амударьи и Сырдарьи вода, согласно лимиту, используется всего на 40%, а 60% попросту теряется. Это, в свою очередь, ведет к немалым экономическим потерям в регионе. Например, в Узбекистане из-за нерационального использования воды для полива сельское хозяйство ежегодно недополучает $5 млрд.
Кроме того, нельзя забывать, что при недостаточной обеспеченности водой цены на нее в странах Центральной Азии являются одними из самых низких в мире, а сам регион отличается очень большим объемом водозабора. Например, согласно одному из последних исследований, общий водозабор на душу населения в Узбекистане в 2020 г. составлял 1,76 тыс. кубометров на человека, в Туркменистане – 4,35 тыс., в Казахстане – 1,31 тыс., Азербайджане – 1,24 тыс., Киргизии – 1,17 тыс., Таджикистане – 1,04 тыс. Одновременно, по данным мониторинговой системы Holidu, стоимость одного кубометра водопроводной воды на конец 2021 г. в Узбекистане составляла лишь $0,15, в Таджикистане – $0,1, в Казахстане – $0,14 и за последние несколько лет стоимость кардинальным образом не изменилась (например, в Узбекистане на конец 2023 г. 1 кубометр воды в среднем по стране стоил около $0,11).
Сложившаяся к настоящему времени ситуация требует от стран региона немедленного реагирования, тем более что, по оценкам специалистов, Центральная Азия уже через пять лет может войти в состояние острого хронического дефицита водных ресурсов в 5–12 кубических километров, а сельское хозяйство, промышленность и энергетика окажутся в полном кризисе. В столицах центральноазиатских республик это прекрасно понимают, но, как показывает практика, многое в решении проблемы упирается в деньги.
Согласно недавнему докладу ЕАБР, в рамках ожидаемых и прогнозных объемах финансирования на период 2025–2030 гг. региону не хватает более $12 млрд, или порядка $2 млрд ежегодно. Причем наибольший дефицит финансирования ожидается в Узбекистане – $826 млн в год. В Казахстане нехватка средств может составить не менее $700 млн в год, а в Таджикистане – $209 млн.
В этой связи многие эксперты считают крайне важным найти новые и расширить уже существующие источники финансирования сектора водоснабжения и водоотведения. Считается, что инвестиции будут иметь мультипликативный эффект на уровне $3 на $1 вложенных средств, в том числе за счет обеспечения здоровья населения, повышения образования и социальных благ. В настоящее время речь ведется о более активном привлечении ресурсов международных финансовых организаций, различных банков и агентств развития и др. Кроме того, предполагается более активное привлечение частных инвестиций, для чего в регионе намерены укреплять институты государственно-частного партнерства.
Еще одним из инструментов финансирования водоснабжения в ЦА является совершенствование тарифной системы, в первую очередь за счет частичного повышения цен на воду, что должно, по официальной версии, обеспечить «финансовую устойчивость предприятий водоснабжения и водоотведения». Считается, что это также поможет стимулировать инвестиции в развитие инфраструктуры и повысить качество услуг.
Вместе с тем следует подчеркнуть, что вопрос повышения тарифов на воду долгие годы в странах ЦА являлся одним из крайне спорных, в первую очередь из-за слабости их экономик и невысокого уровня доходов населения региона. Однако в последнее время ситуация начала меняться. В частности, в нынешнем году в Таджикистане тарифы на поливную воду для сельского хозяйства повысились сразу на 150%, в Туркменистане – на 100%, а в Казахстане из-за изменения тарифного регулирования диапазон цен за кубометр, в зависимости о выбранных культур, уже составляет от $7,71 до $46,25. Изменились тарифы и в Киргизии – от $6,72 до $94,04 за кубометр поливной воды, и в Узбекистане – от $16,08 до $96,48. При этом полностью переложить на потребителей рост тарифов в некоторых странах ЦА все же не решились. Например, у Казахстана есть программа субсидирования поливной воды – от 50 до 85%, а в Узбекистане правительство предлагает организовать расчеты с водопотребителями по дифференцированному принципу. В то же время в Таджикистане ничего подобного не предусмотрено, и повышение стоимости воды может серьезным образом сказаться на доходах производителей сельхозпродукции.
Согласно официальной версии властей стран ЦА, одной из главных целей повышения тарифов является расширение возможностей для финансирования всей системы забора и распределения воды в регионе. Однако, согласно различным подсчетам, повышение тарифов так или иначе скажется на стоимости конечной продукции сельского хозяйства всех центральноазиатских республик, а рост цен может оказаться на уровне 10-15%. Более того, нет никакой гарантии, что все полученные за счет повышения тарифов средства пойдут на модернизацию системы водоотведения, особенно с учетом печально известного уровня коррупции в регионе.
Кроме того, одним из негативных факторов повышения тарифов может стать и рост социальной напряженности в регионе, где и ранее из-за проблем с водой вспыхивали различные волнения. Можно, например, вспомнить, что в Бишкеке давно существует недовольство из-за проблем с доступом к воде, что не раз приводило к массовым акциям протеста, включая перекрытие основных дорог столицы. Аналогичные события происходят и в Астане, где также наблюдается водный кризис. Здесь периодически возникают протесты против отключения воды, а жители города перекрывают дороги, чтобы привлечь внимание к проблеме. В случае, если к старым проблемам добавится еще и серьезное повышение цен, которое не приведет к одномоментному изменению ситуации, критика властей и акции протестов могут только усилиться. Тем более что для многих семей в странах ЦА любое, даже самое минимальное повышение цен, может стать серьезной проблемой из-за их крайне невысокого дохода.
Таким образом, решение вопроса обеспеченности жителей и экономик стран ЦА водой за счет повышения на нее цен, на чем настаивают различные международные финансовые организации, вряд ли возможно. Напротив, данный механизм может привести к негативным социально-экономическим проблемам, когда, не имея возможности платить больше за прежний объем потребляемой воды, население и субъекты хозяйствования будут вынуждены идти на различные ухищрения, в том числе и незаконные, а также организовывать акции протеста со всеми вытекающими из этого последствиями для властей.
Конечно, полностью отказаться от пересмотра тарифной политики, даже с условием возможных проблем в будущем, власти стран ЦА не могут, так как себестоимость воды и ее доставки в регионе сегодня гораздо ниже, чем оплачивается потребителями. Однако при решении данной проблемы руководству центральноазиатских республик необходимо максимально полно продумать последующую государственную поддержку местных производителей в виде различных субсидий и льготного кредитования, а также разработать или усовершенствовать существующие механизмы целевой помощи малообеспеченным и социально незащищенным группам населения.
Основной же упор странам региона необходимо сделать не только на привлечение частных инвестиций и модернизацию всей системы забора и распределения воды, но и на искоренение коррупции, а также проведение масштабной информационной кампании по разъяснению населению необходимости рационального использования водных ресурсов.
