Спецоперация ВС России по демилитаризации и денацификации Украины (СВО) посеяла на Западе надежды, что у Москвы не хватит ресурсов для удержания в фокусе внимания региона Средней Азии и развития сотрудничества со среднеазиатскими республиками.
Через год после начала СВО западные аналитические умы утверждают, что влияние России в Средней Азии снизилось, но не ушло полностью (Russia is down, but not out, in Central Asia).
За стремлением Запада вытеснить Россию из региона стоит желание добраться до его энергетических ресурсов. Это комплексная стратегия Соединённых Штатов, к реализации которой привлечены ряд региональных игроков. Так, Румыния стремится стать перевалочным пунктом для поставок нефтепродуктов из Каспийского региона через Чёрное море в страны ЕС в двух направлениях – на север по каналу Дунай – Майн – Рейн до Германии и далее, и на юг по морю в итальянский Триест. Польша и Литва, перекачивая американский сжиженный газ в ЕС взамен российского, поддерживают мечту Бухареста, надеясь, что им удастся утвердиться в роли главных транзитёров газа из США. Сокращение поставок топлива из России им выгодно.
Прежде всего, Запад заинтересован в ухудшении российско-казахстанских отношений. Зарубежные эксперты не без злорадства отмечают, что Казахстан становится объектом негласной конкуренции между Москвой и Пекином. Первая лидирует на политическом треке, второй – на экономическом. Если так пойдёт дальше, доля китайского присутствия в казахстанской экономике вырастет ещё больше. Пекину выгодно, если Россия будет занята сложными и чувствительными политическими вопросами, пока Китай сосредоточится на экономических контрактах.
Запад заинтересован в отчуждении от России республик Средней Азии. Если это будет достигнуто, он уже будет заинтересован в мирном разрешении конфликтных вопросов между Таджикистаном и Киргизией и т.д. Иначе, если конфликты сохранятся, их участники будут искать внешних союзников и обратят взоры на Россию и Китай. Кроме того, в условиях противостояния сложно обеспечить бесперебойные поставки энергоресурсов.
Но до тех пор, пока отрыв Средней Азии от России и процесса евразийской интеграции в целом, не случился, интересам Запада вполне может отвечать дестабилизация обстановки в регионе, чтобы удержать местные элиты от более плотной кооперации с Москвой. Особенно это касается Казахстана как самого крупного среднеазиатского соседа России, переживающего непростые внутриполитические трансформации. Из 12 миллионов избирателей на прошедших 19 марта парламентских выборов проголосовало чуть более половины, констатировал Президент Касым-Жомарт Токаев, причём в регионах явка была высокой, а в крупных городах – традиционно низкой. К примеру, в «южной» столице Алма-Ате на избирательные участки пришли только 25% избирателей. Политолог Данияр Ашимбаев объявляет рекордно низкую явку недоверием граждан к политическим партиям: «…в регионах в маслихаты пытались пройти крупные бизнесмены и местное начальство, у которых есть и административный ресурс, и финансовые возможности были достаточно большие для того, чтобы стимулировать территориальные избиркомы (ТИК). По той же Алма-Ате в маслихаты выдвигалось большое количество застройщиков, подрядчиков акиматов, руководителей квазигоссектора – то есть все те, кто привык традиционно сидеть в маслихатах и через них решать свои насущные вопросы».
Представители весьма крупной миссии ОБСЕ критиковали выборы за недостаток прозрачности. «Некоторые политические группы по-прежнему не допускаются к участию в выборах в качестве политических партий. Хотя на политической арене появились элементы соревновательности, разнообразные административные препятствия негативно повлияли на возможности проведения предвыборной кампании для некоторых кандидатов-самовыдвиженцев», − сказала во время пресс-конференции в Астане координатор и руководитель краткосрочной миссии ОБСЕ по наблюдению за выборами Ирен Чараламбидес. По оценке некоторых наблюдателей, парламент Казахстана стал ещё более националистическим и практически мононациональным, однако очевидно, что вовсе не это волнует западных доброхотов. Можно предположить, что подобного рода оценки западных миссий могут быть «вынуты из сундука» в случае очередного всплеска внутриполитической турбулентности в республике, подобной январским событиям 2022 года, который можно было бы развернуть в нужное Западу радикально-экстремистское русло с прицелом на окончательное превращение Казахстана во вторую Украину.
* * *
В вооружённом конфликте на юго-западных границах России южный сосед занял несколько двойственную позицию. Там оказывают гуманитарную помощь Киеву, но не Донецку или Луганску. В республике сформировалась устойчивая и широкая прослойка ненаказуемых нацпатов, координирующих так называемую «волонтёрскую деятельность». В республике действует официальный волонтёрский штаб гуманитарной поддержки Украины, работающий в контакте с посольством этой страны. За год усилиями штаба на Украину отправлены 530 тыс. тонн помощи – считается, что она направляется на нужды мирных жителей и беженцев. Так ли это – проверить сложно: что-то вполне может перепадать и боевикам ВСУ на передовой. Финансовые возможности штаба позволяют заниматься централизованным сбором помощи, проводить соответствующие акции, распространять печатные буклеты. Штаб и его отделения присутствуют в четырёх городах – Астане, Алмате, Актобе и Караганде.
Запущен благотворительный проект «Ангелы свободы», официально призванный собирать средства в помощь Украине и оказывать содействие в решении гуманитарных проблем в местности, затронутой боевыми действиями. Проект имеет явную идеологическую составляющую, проще говоря, дезинформирует казахстанскую общественность о причинах и ходе СВО. Подобные инициативы направлены на пропагандистскую обработку украинских беженцев и граждан Казахстана украинского происхождения. В публичных отчётах о своей деятельности проукраинские активисты в Казахстане говорят за всех казахстанцев, что их страна – с Украиной. В их интерпретации это означает – «против России».
Послом Украины в Казахстане назначен бывший глава Луганской областной военной администрации Сергей Гайдай – русофоб и сторонник насильственной расправы над Донбассом. На время правления Гайдая в отведённом ему регионе зафиксировано совершение вояками ВСУ многочисленных преступлений против местного населения. Надо полагать, по приезду в Казахстан сей персонаж под видом гуманиста будет много рассказывать проукраинским активистам, как важно помогать мирному населению в условиях войны.
Таким образом, в Казахстане сложились вполне комфортные условия для волонтёрской поддержки режима Зеленского. По крайней мере, не сообщалось, чтобы у таких волонтёров возникали трения с местными властями.
Казахстан остаётся объектом приложения усилий Запада по дестабилизации обстановки в «южном подбрюшье» России. Не выходит крупнейшая по территории страна Центральной Азии из головы Зеленского, коему позарез нужен второй фронт против России. Кровавый клоун понимает, что Казахстан на эту роль не годится, зато его вполне можно опробовать как плацдарм для пропагандистско-информационного противодействия усилиям России заставить преступный киевский режим расстаться с неонацистской символикой и идеологией.
Владислав Гулевич
