Куда ни повернись, отовсюду доносятся разговоры об экономических санкциях, которые Соединенные Штаты ввели против России. Центробанк России, российские банки, российские компании, российские олигархи – а также все те, кого поймали на оказании помощи Москве, – столкнулись с тем, что после начала российской специальной военной операции на Украине их активы и состояния оказались в ловушке санкций.
От Давоса до Аспена чиновники министерства финансов США расхваливают беспрецедентные масштабы и охват своего мощного экономического оружия.
А почему бы и нет? Введенные против России санкции оказались по-настоящему впечатляющими. Представители американского правительства выволокли на берег множество дорогих яхт, посадили на землю частные самолеты, заблокировали сотни миллионов долларов активов российского центробанка и отрезали российские финансовые институты от глобальной финансовой системы SWIFT.
Санкции как мера воздействия возникли еще в далекой древности: в 432 году до нашей эры Афины сокрушили своего соперника – город Мегару, – удалив его торговцев с афинских рынков.
Для правительства США в XXI веке экономические санкции стали не просто второй натурой, они превратились в центральный инструмент внешней политики. Под санкции попали более десяти тысяч человек и десятки стран по всему миру.
Однако более ста стран не поддержали эти антироссийские меры. Именно поэтому нефть марки Urals продолжает прибывать в Азию, Турцию и многие страны Африки, а украинское зерно попадает через Черное море в Россию.Тем временем доходы от этой незаконной торговли оседают в таких местах, как Дубай, который теперь кишит попавшими под санкции россиянами, желающими купить там недвижимость.
Я вовсе не имею в виду, что нам следует перестать поддерживать Украину. Мы должны ее поддержать. Однако, хотя в идее о том, чтобы нанести финансовый ущерб нашим заклятым врагам – России, Китаю, Ирану и Северной Корее, – действительно есть определенный смысл, в настоящее время мы наблюдаем формирование коалиций, которые позволяют обходить действующие санкции и защищаться от рисков санкций в будущем.
Значительная часть этих усилий сконцентрирована на том, чтобы создать альтернативу доллару как основной мировой резервной валюте. Если у вас есть возможность хранить накопления в иной валюте или перевести их в некие физические активы, такие как золото или сырьевые товары, считается, что вы уже на полпути к безопасности.
Возьмем, к примеру, Китай, для которого вытеснение и дискредитация доллара стала ключевым компонентом стратегии «победа без борьбы», подробно описанной в книге «Неограниченная война». Хотя в санкционном режиме действительно была необходимость, он подстегнул Пекин в его стремлении разгромить доллар, и многие другие страны взяли это на заметку.
Хотя множество экспертов продолжают настаивать, что альтернативы доллару нет, это неправда. Доллар будет господствовать до тех пор, пока он служит интересам тех, кто его использует. Как только доллар начнет подвергать активы риску, обязательно появятся альтернативные инструменты торговли. И они уже есть.
Отказ от доллара нанесет мощный удар по положению Америки на международной арене. Эпоха, когда можно было печатать неограниченное количество долларов, может закончиться, а вместе с ней в прошлом останется и наша способность дешево покупать иностранные товары.
Яркое доказательство того, что на наших глазах начинается новая игра, появилось в Давосе в феврале. Министр финансов Саудовской Аравии Мохаммед Аль-Джадаан сделал ошеломляющее заявление о том, что впервые за 48 лет крупнейший в мире производитель нефти готов торговать не только в американских долларах, но и в других валютах.
Это резко противоречит сделке, которую несколько десятилетий назад президент Ричард Никсон заключил с королем Фейсалом и согласно которой Саудовская Аравия должна принимать оплату за нефть исключительно в долларах. (В обмен на это Никсон пообещал защищать королевство от агрессии Советского Союза, Ирана и Ирака.) То соглашение стало основой сильного доллара, потому что через Федеральную резервную систему рекой потекли нефтяные деньги.
Сегодня Китай импортирует из Саудовской Аравии 1,4 миллиона баррелей нефти в день (это на 39% больше, чем в прошлом году), что делает его крупнейшим покупателем королевства. Вот почему обе стороны пытаются найти более дешевые альтернативы американской валюте. Поскольку саудовская компания Aramco вкладывает средства в новый крупный нефтеперерабатывающий завод в Китае, отношения между странами в дальнейшем будут только углубляться.
Изменение позиции Саудовской Аравии – это лишь часть общей картины. На саммите БРИКС 2022 года в Пекине Владимир Путин объявил о планах по расширению Шанхайской организации сотрудничества и по разработке альтернативы международным платежам в долларах с использованием корзины валют, состоящей из китайских юаней, российских рублей, индийских рупий, бразильского реала и южноафриканского рэнда. Для справки: ШОС – это крупнейшая в мире региональная организация, которая представляет 40% населения мира и на долю которой приходится 30% мирового ВВП.
Новая валюта – это тоже только часть общей картины. Китай открывает новые биржевые площадки, чтобы перетянуть к себе торговлю сырьевыми товарами из таких западных институтов, как проблемная Лондонская биржа драгоценных металлов и Нью-Йоркская товарная биржа энергоносителей.
Даже европейцы вступили в эту игру, создав собственный механизм специального назначения – INSTEX, – чтобы содействовать гуманитарным трансакциям с Ираном, не будучи привязанными к долларам и системе SWIFT. Разумеется, Россия уже заявила о своей заинтересованности в участии в этом механизме. В марте 2020 года состоялась первая трансакция по продаже Ирану товаров медицинского назначения для борьбы с распространением коронавируса.
Между тем Россия и Иран разрабатывают обеспеченный золотом стейблкоин, трейдеры уже используют дирхам ОАЭ для расчетов по сделкам с нефтью, а индийская рупия наконец позиционируется как международная валюта.
И эта тенденция усугубляется. В настоящий момент национальная китайская система банковских переводов CIPS (Cross-border Interbank Payment System) обрабатывает всего 15 тысяч трансакций в день – американская система CHIPS, которой отдают предпочтение западные игроки ежедневно обрабатывает 250 тысяч трансакций, – однако их число уверенно растет. Россия предлагает свою собственную Систему передачи финансовых сообщений, которая позволяет пользователям обходить SWIFT.
Даже базирующийся в Швейцарии Банк международных расчетов – банкир Гитлера – тоже постепенно вступает в эту игру, создав механизм ликвидности в юанях для поддержки центральных банков во время кризиса. На данный момент на нее уже подписались центробанки Чили, Гонконга, Индонезии, Малайзии и Сингапура.
В XXI веке курс любой национальной валюты, включая доллар, будет все чаще определяться механизмами конкуренции. Если спрос на доллар будет снижаться, вместе с ним будет снижаться и его стоимость. Все будет дорожать. Не сразу, а постепенно, что сделает дефицитное расходование бюджетных средств более затратным или даже невозможным.
Не будет большим преувеличением представить, что Соединенные Штаты в какой-то момент столкнутся с долговым кризисом, потому что никто больше не придет, чтобы купить американские облигации. И американский доллар превратится в самую обыкновенную валюту – одну из множества. В конечном счете, если доллар потеряет свой блеск, Соединенные Штаты лишатся способности проецировать свою силу.
Чтобы предотвратить это, сегодня необходимо принять ряд трудных решений – к примеру, сократить число наших стратегических противников, одновременно продолжив оказывать поддержку союзникам, таким как Украина. Что еще важнее – и сложнее, – Соединенным Штатам необходимо раз и навсегда навести порядок в собственной экономике, найдя наконец способ жить по средствам.
Джей Ньюман – бывший старший портфельный менеджер в Elliott Management и автор книги «Undermoney» – триллера о незаконных деньгах, которые циркулируют в мировой экономике.
Источник: «INOсми.ру» (The New York Times, США)
