И сделали его символом репрессий, политических гонений, произвола властей, издевательства над больными людьми – чего угодно, только не того, что он на самом деле символизирует.
Нашей хилой оппозиции, по большому счету, нет никакого дела ни до Кемпир-Абадского водохранилища, ни до делимитации и демаркации кыргызско-узбекской границы, ни до переговоров Узбекистана и Кыргызстана, ни собственно до того, что вообще будет дальше с Кыргызстаном и чем ему грозят социальные потрясения и испорченные отношения с соседями.
Оппозиционеры, правозащитники и прочие "борцы с режимом" размахивают кемпир-абадским знаменем, привлекая к себе внимание западных хозяев и стремясь приобрести популярность у кыргызстанцев. Те, кто сейчас дожидается суда за решеткой по так называемому "кемпир-абадскому делу", позиционируются как великомученики за правое дело, истинные патриоты, противники "разбазаривания отечественных территорий", страдающие за свою принципиальную позицию.
Каждый день приходят сообщения об ухудшении здоровья кого-нибудь из сидельцев. Это у нас обычная практика: был энпэошник здоров, бодр и полон сил; попал в СИЗО – тут же смертельно занемог. Сообщения подаются не нейтрально, а под особым углом: бездушные сатрапы держат в застенках изможденного тяжким недугом борца за правду. Узника совести – или как там их еще красиво называют…
Больной страдалец мог бы раскаяться. Признать свою – если не вину, то ошибку. Прекратить мусолить тему Кемпир-Абада. Просто хотя бы на время притихнуть. И наверняка вышел бы на свободу (пример Алмазбека Атамбаева им в помощь). Но никто из них, болящих, своей ошибки не признал. А между тем сидят они отнюдь не из-за борьбы за целостность территории Кыргызстана. И даже, пожалуй, не за попытку раскачать ситуацию в обществе вплоть до очередного государственного переворота.
Сидят они, если разобраться, вот за что. Представим на минуту, что все пошло по их плану. То есть народ, взбаламученный громкими лозунгами (не имеющими под собой никакой почвы) – о том, что узбеки якобы захватывают часть наших территорий – действительно поднялся и кинулся отстаивать "свободу и независимость". Многотысячная толпа спровоцированных оппозиционерами и энпэошниками кыргызстанцев отправилась к водохранилищу с твердым намерением не отдать его узбекской стороне и вообще показать узбекам, где раки зимуют.
Узбекистан не стал бы спокойно и отстраненно наблюдать вторжение на свою территорию и эдакое ура-патриотическое безосновательное качание прав раззадоренными соседями. Столкновение было бы неизбежным. И оно было почти на старте: пламенная речь Адахана Мадумарова о том, что нас, кыргызов, в очередной раз обижают, сопровождалась комментариями множества крепких джигитов, готовый хоть сейчас ринуться в бой… За что? За какую идею?
И кто был бы виноват в очередном кровопролитии и в том, что Кыргызстану предстояло бы отныне сражаться на два фронта? Еще не стабилизировалась ситуация на кыргызско-таджикской границе – а псевдопатриоты уже поджигают границу с Узбекистаном. Чтобы потом, когда не на шутку полыхнет, опять обвинить действующую власть и потихоньку отойти в тень.
На войне, говорят, все средства хороши. А война сама по себе – хороша ли? Нужна ли она нам? Или лучше все-таки мир – на вполне приемлемых условиях?
В действительности Кемпир-Абад – символ налаживания отношений с братским Узбекистаном, символ надежды на долгожданное и выстраданное обретение партнера и союзника. И если бы кто-то из опальных правозащитников по-настоящему переживал за родной Кыргызстан, он не давил бы из-за решетки на президента и его окружение, любой ценой добиваясь своего освобождения, а переосмыслил свои взгляды и свою политическую позицию…
Но им, опальным правозащитникам, правда не нужна. И Кемпир-Абад не нужен. И стабильность в стране не нужна. У них совершенно другие цели, задачи и жизненные приоритеты.
